Книга Кодекс Охотника #20, страница 82 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Деда? — всё-таки спросил Илларион, не решаясь действовать.

Годарт улыбнулся шире.

— Ну, раз Иван Фёдорович тебе разрешил, то бери.

Мгновение, и Ларик выхватывает большой зелёный фрукт и откусывает сразу половину.

— Наконец-то кисленько! — восторженно кричит он. — Деда, хочешь попробовать?

— Нет, спасибо, — улыбнулся Годарт. — Сам ешь.

— Кисленько? — удивился Морозов, глядя на Иллариона. — Вообще-то, кислее этого фрукта я ничего в жизни не пробовал.

— Не обращай внимания, — Годарт внезапно для себя заговорил с Морозовым, как со старым приятелем. — Для него все лимоны сладкие. Он искал что-то покислее, и вот, похоже, нашёл.

— Интересный паренёк. Смотрю, он пришёлся тебе по душе? — Морозов заговорил также вежливо.

Взрывоопасная обстановка вокруг сгладилась. Этот парень выступил буквально голубем мира. Глядя на него, и как он с удовольствием грызёт кислющий фрукт, невозможно было ни злиться, ни напрягаться.

— Похоже, вы с ним неплохо поладили.

— Ещё как! — сказал Годарт, — С ним невозможно не ладить, — он повернулся к Морозову и протянул руку. — Ну, здравствуй, старый враг!

Морозов хмыкнул и ответил на рукопожатие.

— Ну, здравствуй, новый друг!

И они одновременно рассмеялись, как будто тяжесть прошлого упала с их плеч.

— Там твой сын разносит Империю Драконов. Снова. Слышал об этом? — уточнил Иван Фёдорович, хитро глядя на Годарта.

— Да уж, слышал. А ещё слышал, что вы хотите заманить его на европейский фронт. Неужели тебя одного не будет достаточно?

Они расцепили руки и расселись. В кабинете было лишь слышно довольное чавканье Иллариона.

— Ну, это была твоя идея, — пожал плечами Морозов, — сделать рокировку. Но раз ты её поддержал, значит, считаешь, что она толковая. У меня здесь хорошие ребята, Генри, — нахмурился Морозов. — Доброхотова ты знаешь.

— Конечно, знаю, — улыбнулся своим мыслям Генри. — Я так понял, он не смог пропустить очередную войнушку. Этот вечно скучающий сноб развлекается по полной.

— Именно так, — улыбнулся Иван Фёдорович. — Но он хороший боец. Есть ещё младший Долгоруков, перспективный военачальник. Мои дети на других фронтах, но я думаю, тебе придётся проявить усилия, дабы они начали тебе верить. Я, конечно, приказал, и приказы не обсуждаются, но ты сам знаешь. Одно дело идти в бой по приказу командира, а другое дело верить ему всем сердцем.

— Мои Железные Волки тоже не в восторге от того, что ими будет командовать имперец, — улыбнулся Генри. — Но как-то переживут. Переживут и твои.

— Надеюсь на это, — сказал Морозов. — Очень сильно надеюсь.

— Но если мне нужно кого-то обаять, то у меня есть Ларик, — ткнул большим пальцем себе за плечо, не оборачиваясь, Годарт.

— Деда, точно не хочешь? Последний остался, — осведомился Илларион, демонстрируя лайм.

— Точно не хочу, кушай, — хмыкнул Годарт. — Тебя же он обаял, этот парень.

— На этого парня невозможно смотреть без улыбки, — покачал головой Морозов. — Откуда он, вообще, взялся?

Увидев усмешку Генри, Морозов тут же поправился.

— Это риторический вопрос, если что. Думаю, на него ответит только твой сын. И тут мы переходим к следующему вопросу: как мы можем заставить Галактионова помочь мне в Европе?

— Заставить никак, — засмеялся Годарт, — но ты и сам это знаешь. Поэтому придётся его заинтересовать.