Книга Кодекс Охотника #14, страница 37 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Шутишь?

— Ни хрена не шучу. Катя, скажи ему, — повернулся я к сестре.

— А чё я? Он только отца слушается, — она хмыкнула, посмотрев на меня с улыбкой. — Ну, и тебя еще.

— Вот, будь хорошим Истребителем и слушайся меня, — хлопнул я его по плечу, рассмеявшись.

— Катя же сказала, что Андрей слушается только меня, — раздалось сбоку.

Я повернулся. Опа! Приплыли…

— Здравствуйте, Иван Васильевич, — вежливо кивнул я Андросову-старшему.

— Здравствуй, Александр! — сказал он, и перевёл взгляд на Андрея. — Оставите нас наедине? И да, Андрей, я тебе запрещаю ходить в Разломы в одиночку.

— Ну, па-а-ап… — протянул тот.

— Не папкай! — хмыкнул Иван. — Всё, девочки-мальчики, свободны!

Мы отошли в сторону, и Андросов протянул мне руку. Я пожал, он её схватил второй рукой и крепко потряс.

— Ехал сюда, и у меня крутились две мысли, — цепко, не отпуская мою руку и глядя в глаза, сказал старый князь. — Или убить тебя или отблагодарить, — внезапно он нахмурился. — Как ты мог подвергнуть опасности жизни моих детей?

— Вы хотели сказать — жизни моих друзей? — хмыкнул я. — Так вот, отвечу! Жизни своих друзей я никогда не подвергал опасности и не подвергну. Да, — оговорился я, вспомнив кое-какие моменты из своей прошлой жизни, — бывают ситуации, когда исход может быть летальный. Но это в том случае, когда обстановка вокруг меняется внезапно, и я ничего не могу сделать. Сейчас же я их пригласил с собой. А если я приглашаю своих друзей, то будьте уверены, что с ними ничего точно не случится.

— Даже в радужном Разломе типа «Колосс»? — нахмурился ещё больше Андросов.

— Ну, как видите, — хмыкнул я и развёл руками. — Может, отпустите мою руку? А то вы уже столько бодрости в неё влили, что я три дня спать не буду.

— Извини, — сказал старик и отпустил руку, ослабив свою ауру.

— Спасибо, — хмыкнул я. — Так чем могу быть полезен?

— Хочу согласовать время и дату вашей свадьбы с Катериной.

— Вот как, — прищурился я. — Мне даже не придётся просить позволения её любимого батюшки?

— Не ёрничай, Александр. Я согласен, ты это знаешь, она это знает. И Катерина согласна. Вопрос в том, согласен ли ты? — он посмотрел на меня пристально.

Я улыбался, а в голове у меня бежала целая куча разных вариантов. И что самое хреновое, я не мог выбрать, какой из них озвучить здесь и сейчас. Но слава Кодексу, этого делать не пришлось.

— Ну что, Галактионов, что за великая сущность отодрала тебя в Разломе, что у тебя кольцо засветилось радужным светом? — раздался сзади меня голос.

Увидев, как нахмурился Андросов и как включилась его аура, я обернулся, в принципе, понимая, кого должен увидеть. Ну да, князь Меньшиков, собственной персоной со своими тремя сыновьями.

— О, самое жалкое и трусливое семейство Империи пожаловало, — широко улыбнулся я. — Чтобы засвидетельствовать своё почтение. Ну, ноги мне целовать не нужно. Можете поцеловать руки, только, кто-нибудь, дайте мне антисептик.

Четвёрка сразу надулась аурами, а Меньшиков забавно так покраснел.

— Ты забываешься, баронишка, считая, что статус Абсолюта тебя спасёт. У нас между Родами объявлена война, хотя, по все ещё неясным причинам неутверждённая, — в этот момент Меньшиков посмотрел на стоящего рядом Андросова. — Но она наступит. Да, ты сейчас можешь оскорблять меня и моих сыновей, прикрываясь статусом Абсолюта. Вот только, после объявления войны, этот статус уже ничего не будет значить.