Книга Кодекс Охотника #10, страница 31 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Однако, я понимал, что это замешано в том числе и на страхе, я же предпочитал исключительно уважение. Ведь страх — это «палка о двух концах». В какой-то момент человек перестаёт бояться или устаёт… и всё может пойти не так. Сильно не так!

Разлом горел странным мутным цветом, в нём изредка мелькали другие цвета, но был он реально старым. И нет, радужный Разлом выглядит по другому. Этот «мутный» цвет появляется тогда, когда длительное время Разлом не закрывают, внутри открываются новые, и он заполняется «смесью» монстров разного ранга опасности, которые никак не могут взять верх одни над другими.

В описании «усредняют» опасность до оранжевого, но это было, вообще, неточно!

Я привычно зашвырнул Затупка за хвост внутрь, и сам шагнул в мутную пелену портала.

Кайф!!!!

Тут стояла вполне комфортная температура, падла Отморозок тут же ожил, и увлеченно набросился на двух сколопендр-переростков, что имели неосторожность появиться рядом.

Я хмыкнул.

— Ну, погнали!

И мы погнали. Точнее, погнали твари, что я начал призывать одну за другой. И это оказалось большим сюрпризом для местных жителей.

Шнырьку чуть не укусили за задницу, когда он проводил разведку, но общую диспозицию врага и его преимущества я понял.

Дело в том, что старые развалины были буквально пронизаны многочисленными трещинами и подземными ходами, что кишели местной гадостью.

Стратегия местных тварей была простой — дождаться, когда жертва пройдет чуть дальше от входа, и навалиться на неё «живым покрывалом», закусав её до смерти.

А учитывая, что ходы и трещины были со множеством изгибов и ответвлений — задуть в дырку напалм или магическое пламя — только зря потратить силы. Эти сволочи всё равно отсидятся, и вылезут в самый неподходящий момент, дабы уничтожить вторженцев. Мелкие, вредные и смертоносные!

— Чёртовы гуки, — откуда-то из глубин памяти мне пришло странное воспоминание.

Прямо сейчас Затупок наглядно продемонстрировал стратегию «слабоумие и отвага», бесстрашно ломанувшись вперед, и мгновенно погребенный под множеством шевелящихся мерзких тел, которые очень обрадовались, и сейчас пытались прокусить толстенную кожу моего питомца.

— Ахах, наивные тварюшки! — засмеялся я, увидев, как старшина деловито пережевал всех нападавших, и сейчас победоносно оглядывается в поисках новых.

Новые не заставили себя долго ждать. Пупсик передавил и их. В принципе, если бы у меня было побольше времени, я бы мог достать термос и посидеть тут, просто дождавшись, как мой храбрый медоед всех замочит. Случилось бы это примерно… через неделю. Столько времени у меня не было, и я решил помочь моему мохнатому тупице.

Сидящие в засаде сколопендры, наверное, сильно удивились, когда прямо в их логове начали появляться кроты, крысы и разнообразные ползучие гады, что тут же набрасывались на «домовладельцев», раздирая их на куски. А потом терпеливо вытаскивали остатки наружу, дабы я мог забрать их с собой.

Просто содержимое ядовитых желез этих тварей, после должной обработки, превращалось в один интересный ингредиент для закаливания стали, придавая ей необычные свойства. Нужная вещь, короче.

Шнырька шипел, но таскал желейки, которых было не очень много, но тем не менее.

Я же шел дальше, пока мы не дошли до скарабеев. Эти твари не имели для меня практического применения, но кое-что из их туш использовалось при алхимии и зельеварении, до которых я еще не добрался, так что продать их можно, если они не протухнут. А они не протухнут, так как в двух грузовых самолетах были морозильные камеры. Нет, Доброхотов всё-таки красавчик. И да, хорошо иметь много денег.