Книга Кодекс Охотника #10, страница 46 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Отец… Я не узнаю тебя… ты… ты… Слаб?

Горечь ударила ему прямо в сердце, и он высказал то, чего не стоило. В следующий момент его что-то подбросило, и он ощутил боль в районе печени…затем почки… дальше горло… Последний удар прошелся по сердцу, и там старческие три пальца застыли, держа молодого, но очень сильного парня, практически, за саму жизнь. Стоило старику надавить хоть слегка, и сына у него больше не будет.

— Ты силен… был… до этого момента, и пока не встречал сильных противников. Права была твоя сестра… — с горечью молвил он. — Я был слеп… Любовь к тебе меня ослепила, мой первый сын. С этого момента я лично тебя буду тренировать, и не только твое тело, но и твой разум.

— Кхргм… — захрипел парень, который только-что осознал, насколько близок был к смерти, а ведь даже не заметил атаки отца, когда тот в один миг стал серьезным.

В этот момент они находились в скрытом тренировочном лагере, который находился под их лавкой. В большом кругу стояло тридцать человек, что наблюдали за всем этим действием, даже не шевелясь.

— Еще есть желающие назвать меня слабым? — стальным и смертельным взглядом обвел он сыновей Сахары.

*Вшух*

Одномоментно люди, закутанные в темные одежды, опустились на одно колено.

— Они знают о уважении, а ты забыл… — посмотрел он на своего сына, а затем отпустил. — Я встретил того, кого не должно существовать. Не может в одном теле жить сразу тысячи душ.

— Тысячеликий воин! — выдохнул парень, а его глаза расширились от удивления.

Все в гильдие знали о Даре их лидера. Видеть и чувствовать души — идеальный навык для убийцы.

— А еще… — глаза старого воина помутнели, и не знающий его человек мог подумать, что он прослезился. Но это, конечно, не так! — А еще… Сегодня я наконец-то отпустил твою матушку, мою дорогую Зульфию. Хватит горевать! Похоже, у меня еще много работы! Песчаные шакалы подняли голову? Ну-ну…

* * *

Книжный был далеко не последним местом, которое мы посетили, и в какой-то момент записей стало так много, что лопнула сумка, и бумаги рассыпались по машине. Каким же надо быть Шнырькой, чтобы настолько плотно запихнуть их в рюкзак.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака… — расстроенно выругался Шнырька, увидев такое.

Но мы на этом не остановились, и собирали их везде, где только можно было. Были места, куда вообще нереально забраться без подпитки, а подпитка нужна была серьезная для мелкого. Он очень психовал, когда такое случилось, и просил меня дать ему еще сил, а я не мог… Куда давать, если у меня еще сегодня будет битва.

Покупал я разное оружие не только для прикрытия, но и как опытный образец. Вот как понять, что мои артефакторы правильно все скопировали? Никак, если это только на бумаге. А так у нас есть образец от «мастеров».

В итоге, мы забили под завязку уже три пикапа, а я всё не останавливался.

Несколько раз даже повезло узнать интересные рецепты, но по-настоящему ценного ничего не нашел. Так как хорошее оружие могли делать не один день, подготавливая к нему редкие компоненты. У нас нет столько времени, чтобы ночевать здесь. Мало того, что уже внимание местных привлекли, так еще были лавки, куда совсем не пускали, потому-что мы не оптовые покупатели, которым здесь всегда рады. Такие, как я, им не нужны, только время зря отбираем.