Книга Кодекс Охотника #10, страница 56 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

И вроде молодой паря, этот Галактионов. Как я понял, почти на три года младше меня, но есть в нём что-то. Когда во втором Разломе с минотаврами рубились, он вроде позади стоял, и я грешным делом подумал, что он прячется за нами.

Но только он сперва Костяна в сторону отдернул, и снес голову минотавру, а затем выдернул меня из зарубы, когда я за подранком ломанулся. Это уже потом присмотрелся, и то, что увидел — даже я своим скудным умишком прочувствовал и убедился. Этот молодой барон носился с нами, как орлица с орлятами, разрешая делать ровно столько, чтобы мы свои головушки не сложили. А в случае опасности — тут же рядом появлялся, и здоровенных тварей, как котят, разбрасывал в разные стороны.

А в четвёртом Разломе, когда на нас сверху ломанулись гарпии, я вообще ничего не понял. У него глаза голубым светом вспыхнули, и треклятые твари сверху оглушенными мешками посыпались.

Когда мы вышли из пятого Разлома, руки и ноги у меня тряслись. Но, заглянув случайно в зеркало, я такой улыбки у себя никогда не видел. Разве что, когда матушка мой любимый яблочный пирог пекла. Одно я понимаю — я сделаю всё, чтобы на постоянку к Галактионову попасть.

Интерлюдия № 2

Константин Кулеша — Истребитель четвёртого класса

Все беды от аристократов. Куда ни плюнь — попадёшь в благородного, который даже посрать самостоятельно не сходит. И, конечно же, лопух в поле ему не подойдет, ему мягкую бумагу, буржуйскую, подавай!

А разговоров-то было… Иди в Истребители — это почетно, прибыльно, и там совсем другие порядки! Почетно? Наверное. Прибыльно? Вполне. А вот другие порядки — тут уж я поспорю.

Да, конечно, на мои отчисления матушка двух младших сестренок приданым обеспечила, и за хороших ребят замуж пристроила. Да и пропали бы они без меня. Отец-то у меня на производстве сгинул, когда мне еще семи лет не было. Вот тут матушка и отчаялась. Но как раз Дар у меня пробудился. Мать господа поблагодарила за такой подарок судьбы.

Тогда и отправили меня к графу нашему в обучение. И тут моя нелюбовь к аристократам расцвела пышным цветом. Во-первых, мать обманули, и отступные не выплатили до конца. Ну а потом увидел, как из таких бедняков и сирот, как я, пушечное мясо готовят.

Гвардия графа Веденеева — красивые мундиры, крепкие парни и девушки. Со стороны все это выглядело красиво. Но даже внутри было по-другому. Да, нас бедняков учили. Надо признать, физически отлично готовили. Но в голову вдалбливали, что величайшая честь — это помереть за нашего графа.

А вот мне это совсем не понравилось. Ну, высказался я один раз, второй, третий. Был бит. Что со мной только не делали. Матери выплаты прекратили. В конце концов, я уже хотел смириться со своей судьбой, как в кабаке случайно встретил Истребителя, что залетел к нам на побывку. Рассказал он мне, что можно в Иркутск к ним махнуть. Ну, я и махнул, предварительно мать и сестёр к тётке отправив, чтобы графские люди до них не добрались.

В Иркутске меня всё-таки нашли, и обязали выплатить неустойку за мое обучение, но обратно графу не отдали. «Дед» постарался, точнее герцог Хрулев — первый хороший аристо, которого я увидел. Так и пошёл карьеру делать, к двадцати пяти годам до четвёртого класса добравшись, и на вольные хлеба к «вольным» перейдя.