Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 100 – Эльхан Аскеров

Проводив саблю врага до самой земли, он стремительно развернулся вокруг своей оси, нанося удар клинком по шее. Обезглавленное тело с глухим стуком рухнуло на землю. Отскочив в сторону, парень быстро осмотрелся и вдруг понял, что драться больше не с кем. Остальных успел срубить Григорий. Стоя посреди разгромленного лагеря в одной рубахе и штанах, казак не спеша огляделся и, хищно усмехнувшись, глухо произнес:

— Добре вышло. Ни один не ушел.

При этом глаза его сверкнули, словно у зверя. И это притом, что луна так из-за туч и не вышла. Растерянно вздохнув, Беломир старательно вытер клинок шашки об одежду ближайшего тела и, убрав ее в ножны, негромко спросил:

— Девку нашел?

— В лагере нашем лежит, – отмахнулся Серко.

— А караульные? – не унимался парень.

— Все сдохли, – зло усмехнулся казак. – Сказано, ни один не ушел.

— Волк коней их разогнал, – напомнил Беломир. – Искать станем или так уйдем?

— За то покоен будь. Не далеко они убежали, – рассмеялся казак, вытирая саблю. – Выходит, зря я тебе не поверил, – сменил он тему.

— В чем? – насторожился парень.

— А что сумеешь без шума этих взять. Только один и успел крякнуть.

— Поторопился, – виновато вздохнул парень. – Забыл, что такой удар на выдохе наносить надо.

— А ну, расскажи, – вдруг потребовал казак.

— К телу подбираешься и слушаешь. Как выдох услышал, так и бей. Но только в самое ухо. Да и кинжал для такого дела другой нужен, – добавил парень, выдергивая свое оружие из трупа. – У этого больно клинок широк. В кости застрять может. Тут лучше что-то вроде стилета.

— А это что за зверь? – с интересом поинтересовался Григорий.

— Кинжал такой. У него клинок узкий. Специально для ударов жалом сделан. Бывает трех или четырех граней. Им сквозь доспех или кольчугу бить положено.

— Это где ж такое придумали? – недоуменно уточнил Серко.

— Говорят, в Италии, а как оно на самом деле, не ведаю, – тут же вывернулся Беломир.

— Стилет, значит, – задумался казак. – А сделать его можешь?

— Дело нехитрое. Вот в станицу вернемся, покажу Векше, каков он с виду, тот откует.

— А чего ты с этим рубиться не стал, – снова сменил казак тему.

— Время терять не хотел. Много их против нас двоих было, – пожал парень плечами, собирая свои ножи и попутно проводя контроль. Все тем же ударом кинжала в ухо.

— Глотки режь. Оно так надежнее будет, – посоветовал Серко, наклоняясь над своим крестиком.

— Крови много. Грязно, – поморщился Беломир.

— А ты, значит, чисто убивать любишь? – тут же поддел его казак.

— Чисто человека убить невозможно. Даже если удавить, все одно обделается, – фыркнул парень.

— А ежели зельем опоить? – не унимался Серко.

— А тут смотря какое зелье. От иного и пена изо рта, и кровь из всех дыр. Да еще и все, что в желудке имеется, наружу польется.

— Выходит, крови ты не боишься, но лить ее не любишь? – прямо спросил Григорий.

— А чего в том хорошего? Чай, живой человек. Он и семью свою имеет, и родителей. Но раз уж сложилось, что врагом мне стал, значит, так тому и быть. Сам свою судьбу выбрал, – осторожно отозвался Беломир, не понимая сути этого разговора.

Так, перекидываясь фразами, они обыскивали каждый свои тела, складывая все добытое на ближайшую чистую кошму. К огромному удивлению парня, степняки оказались богатыми. У каждого в кошеле нашлось примерно по полтора десятка серебряных монет. А кое у кого были еще припрятаны и золотые арабские динары в сапогах. А самое главное, что у всех степняков было отличное оружие. Не дамасский булат, но тоже отличного качества.