Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 341 – Эльхан Аскеров

Решив не огорчать приятеля, Беломир пообещал сделать ещё один, специально для него. Со сменными картинками. Благо слюда в станице имелась. Её станичники использовали вместо оконных стёкол, так что подходящих обрезков хватало. Местный плотник, он же по совместительству художник, обещал разрисовать все принесённые пластины. Сам Беломир в деле живописи был меньше чем плохим. Только и умел, что карандаш в пальцах держать.

Сдвинулась с места история и с трофейным конём. Великолепный жеребец, доставшийся парню после схватки с хазарином, так и обитал у него на подворье, навроде диковинки. Приехавший в станицу Елисей Лютый, тщательно осмотрев коня, объяснил парню, откуда у него взялась такая ненависть к посторонним, пытающимся оседлать его. Бывший хозяин коня оказался человеком хитрым и жестоким.

Что такое условные рефлексы, он, само собой, и понятия не имел, но для дрессуры использовал именно такой метод. Оседлав коня для себя и садясь в седло, он обращался с животным спокойно, по-доброму. Но если в седло собирался сесть кто-то сторонний, то под потник подсовывался острый металлический ёршик. Посторонний, сев в седло, невольно причинял коню боль, из-за чего животное старалось его сбросить.

Следы такой дрессуры нашлись на спине жеребца. Понимая, что ломать это силой будет глупо, Беломир вынужден был проявить терпение и осторожность. Регулярно седлая коня, он прикармливал его лакомством и садился верхом, чтобы уже через полминуты спрыгнуть. Жеребец по привычке принимался буянить, но быстро успокаивался, понимая, что боли от действий парня нет. Примерно через полгода Беломир сумел проехать на нём круг по собственному двору.

Постепенно он начал увеличивать такие поездки, но пока доверия между конём и всадником по-настоящему не возникло. Оба ожидали друг от друга какой-нибудь каверзы. Так что работы тут ещё было много. Отлили приятели и пушки для станицы Елисея. Казак на свои деньги закупил нужное количество бронзы. А вот на железо для станины уже не хватило. Пришлось приятелям изготавливать их за свой счёт. Впрочем, ни Векша, ни сам Беломир не возражали.

Оба понимали, что укрепление казачьего воинства – это, прежде всего, спокойствие для них самих. Хотя Елисей то и дело принимался благодарить и ругаться на своих станичных старшин так, что наковальня ёжилась. В общем, дела шли кое-как. Пусть тяжело, пусть не всегда получалось так, как хотелось, но с мёртвой точки дело сдвинулось. Благо из-за случившегося в степи мора нападений на станицу давно уже не случалось.

Сам Беломир, торопясь использовать выпавшее спокойное время на полную катушку, старался не забывать, что затишье обычно бывает перед бурей. Как оказалось, он снова был прав. На этот раз нападение случилось со стороны гор. Чего там горцы промеж себя не поделили, никто так толком и не понял, но полсотни абреков попытались налететь на станицу ранним утром, едва рассвело.

Караульные не проспали, и нападение было отбито ещё на тракте. В станицу ни один горец ворваться так и не смог. Помня указания Беломира, на каждые ворота станицы было отдано по две пушки, так что двух выстрелов хватило, чтобы отбить им охоту лезть дальше. Григорий, помня, чем заканчивается попытка преследования горцев в горах, своей волей осадил все горячие головы, желавшие добить удравших абреков.