Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 43 – Эльхан Аскеров

Услышав шаги Беляны, парень быстро зачерпнул из ведра воды и принялся умываться. Смыв с себя пот, Беломир не спеша утерся домотканым полотенцем и, незаметно ощупывая ткань, подумал: «Блин, вот и еще одна тема для внедрения новых технологий. Интересно, тут вообще ткани как ткут?»

— Ты чего встал? – раздался голос хозяйки дома. – В хату ступай, накрыто уже.

— Иду, – кивнул Беломир, отдавая ей полотенце.

Вообще, он никак не мог разобраться, кем для хозяйки является такой, как он, постоялец. Женщина и убирала у него в комнате, и готовила, и даже стирала ему одежду. Как это вязалось с оплатой за постой, Беломир никак не понимал, ведь денег она с него брала кот наплакал. У парня складывалось впечатление, что вдова брала деньги только для виду. Ей гораздо важнее был сам факт его присутствия в доме. Понятно, что все это были только его догадки, но ничем иным такое отношение Беломир объяснить не мог.

Отдавая должное роскошной окрошке, парень пытался составить себе хоть какой-то план действий, но все упиралось в местную техническую базу. Для начала нужно было хотя бы посмотреть, что можно сделать в местной кузне, а если вспомнить, как они с кузнецом познакомились, то вопрос можно, казалось, и не поднимать. Запивая ужин сбитнем, Беломир пальцем рисовал на столешнице ткацкий станок, вспоминая, из чего он состоит. Благо реконструкторы старались воспроизводить не только оружие, но и станки для промышленного производства.

Из состояния глубокой задумчивости его вывел голос квартирной хозяйки, строго кому-то выговаривавшей:

— Ты чего сюда пришел, дубина стоеросовая? Небось опять зенки бесстыжие залил? Чего тебе тут потребно?

— Я это, до постояльца твоего, – раздался в ответ смущенный голос.

— И чего тебе от него надобно? Отдыхает человек. Он браги вроде тебя не пьет и весь день делом занят был.

— Да мне поговорить бы, – прогудел неизвестный в ответ.

— Кого это там еще принесло? – удивленно хмыкнул Беломир, допивая сбитень.

Отставив кружку, парень поднялся и, выйдя на крыльцо, недоуменно уставился на стоящего посреди двора кузнеца.

— Векша?! Вот уж не чаял, – удивленно хмыкнул Беломир. – Входи, раз пришел.

— Ты, паря, не вздумай с ним брагу пить. До смерти упоит, бугай дурной, – тут же завелась хозяйка.

— Ты бы, хозяюшка, сбитню нам подала, – чуть надавив голосом, попросил парень.

Осекшись на полуслове, женщина растерянно кивнула и, отложив корзину, с которой встретила нежданного гостя, куда-то исчезла. Проводив гостя в дом, Беломир указал ему на лавку и, присев напротив, осторожно спросил:

— Как сам, Векша? По здорову ли?

— Род миловал, здоров, – смущенно кивнул кузнец. – А сам как?

— Жив, как видишь, – улыбнулся парень в ответ.

Беляна в темпе вальса приволокла горлач сбитня и, разлив его по чашкам, испарилась, словно ее и не было. Пригубив напитка, Беломир поставил тару на стол и вопросительно уставился на нежданного гостя. Гулко проглотив сбитень, Векша торопливо утер губы широченной ладонью и, тяжко вздохнув, заговорил:

— Беломир, я это… тут вот… ну, мне Далебор велел… я в тот раз себя не помнил… так что ты не серчай… – запинаясь, краснея и без конца шевеля руками, выдавил из себя кузнец.

«Блин, Цицерон станичный», – фыркнул про себя изумленный парень и, качнув головой, уточнил: