Книга Родовое гнездо, страница 53 – Эльхан Аскеров

Да, он пил его регулярно и с удовольствием, когда получал зёрна от купца, но чай почему-то любил гораздо больше. Так что заварка и походный чайник укладывались в ранец отдельно. Он даже не поскупился приобрести на торгу специальные шкатулки для зёрен и листьев, в четырёх экземплярах. Два для дома и пара походных. Пока он возился со сбруей, Дамира успела сунуть в печь очередной пирог и собрать на стол к ужину. От размышлений она его отвлекла, позвав к столу.

Умывшись, парень прошёл в дом и, увидев накрытый стол, удивлённо покачал головой, растерянно проворчав:

— Ты когда это всё сготовить успела? Вроде ж чем-то другим занята была.

— Нашёл сложность, – рассмеялась женщина, сверкнув довольным взглядом. – Было б с чего готовить. А уж когда, найдётся. Садись, – скомандовала она, выставляя на стол чистую тарелку.

Это тоже было решение Беломира. Во многих семьях в станице ели из одного чугунка или с одного блюда. Но парень с самого начала решил в своём доме придерживаться привычных правил. Положил себе на тарелку, сколько сам хочешь, а дальше ешь, как привык. Хоть ножом, хоть ложкой, хоть руками. К его удивлению, подобное положение вещей Дамиру вполне устроило, и женщина даже не попыталась что-то изменить.

Отдавая должное умениям Дамиры, парень наелся так, что даже дышать больно было. Дождавшись, когда она уберёт со стола и подаст кружку с чаем, Беломир, отдуваясь, проворчал:

— Вот чего мне в поле точно не хватать станет, так это еды твоей. Вкусно так, что язык проглотишь. Вот уж вправду мастерица.

— Благодарствуй, любый, – тихо улыбнулась женщина. – А хочешь, я с тобой поеду? – вдруг предложила она.

— Беременная? В поле? Совсем сдурела? – возмутился Беломир, едва чаем не поперхнувшись от такого предложения.

— Так вы ж вроде не воевать едете, – быстренько выкрутилась женщина.

— Ну, это уж как получится. И не рассказывай мне, что ты воеводой была. Помню. Да только прежде ты сама по себе была, а теперь баба с дитём. Не будь того, я б порадовался, а теперь нет. И думать забудь, – жёстко велел он.

— Выходит, тебе то дитя и вправду потребно? – тихо спросила Дамира.

— Да, – взяв себя в руки, тихо выдохнул Беломир. – Прежде о том и не думал, а как узнал, что моё дитё, так понял, не один я теперь на свете, – честно признался парень, ни на волос не покривив душой.

Ведь и в прежней и в этой жизни у него никогда не было никого родного по крови. Всегда жил сам по себе. А после такого известия в душе парня словно что-то изменилось. Он и вправду почувствовал, что хочет этого ребёнка.

— Ты только теперь сама осторожна будь, – помолчав, продолжил он. – Помни, что не одна ты теперь.

— Всегда помню, – тепло улыбнулась Дамира, машинально поглаживая ещё плоский живот. – Покоен будь. Будет у тебя дитя твоей крови. Слово даю.

— Благодарствуй, милая, – улыбнулся парень, чувствуя огромное желание прижать её к себе, чтобы оградить от всего мира.

Он и сам не понимал, что с ним вдруг начало происходить, но на желании защищать её и заботиться ловил себя постоянно. И только въевшаяся в кровь привычка держать себя в руках удерживала его от необдуманных поступков.

Поужинав, они отправились спать, чтобы вскочить с первыми петухами. Быстро смолотив кусок пирога с чаем, Беломир отправился седлать коней, а Дамира укладывать в перемётные сумы всё собранное.