Книга Нежданная кровь, страница 16 – Эльхан Аскеров

— Железку свою в покое оставь, – негромко посоветовал Беломир, не отрываясь от кружки с чаем. – Пришла говорить, так говори, а подраться мы и сами не дураки.

— Чего это железка? Добрый кинжал, – проворчала женщина, остывая.

— Видел я кинжалы ваши, – презрительно скривился Беломир. – Сюда глянь, – добавил он, медленно вытягивая из ножен свой клинок и одним движением проворачивая его в пальцах так, чтобы кинжал лёг рукоятью к гостье.

— Булат, – охнула Дамира, рассмотрев клинок в свете костра. – Откель взяли?

— Они с Векшей сделали, – усмехнулся Григорий, кивая на парня.

— Что, сами? – не поверила женщина.

— Род помог. Сумел секрет правильно вспомнить, – напустил Беломир туману.

— Да уж. И не отнять, и не купить, – грустно вздохнула Дамира, возвращая оружие.

— Что у вас случилось? Вроде казна всегда полна была, – вдруг озадачился Елисей.

— Нет больше казны, – выдохнула Дамира, пряча набухающие слезами глаза. – Ничего у нас больше нет. Прежде то караваны охраняли, то в войне кому свои мечи продать могли, а теперь и того не стало. Даже коней толком не стало. Клячи одни остались. Или те, что у степняков отбиваем. Говорю же, перестала Великая Мать на зов наш откликаться.

Собравшиеся молчали, не зная, как реагировать на её откровенность. Вздохнув, Беломир долил себе в кружку чаю и, вздохнув, тихо спросил:

— Так вы только ради хлеба сюда приехали?

— Угу. Едва до голода не доходит. Одним мясом жив не будешь. Тебе поклон, что кисет вернул. Теперь хоть девки малые выживут.

— Неурожай был? – осторожно поинтересовался Григорий.

— Саранча, – зло фыркнула женщина. – На корню всё сожрала.

— Закупили уже? – уточнил Елисей.

— Две подводы отправила, – устало кивнула Дамира. – Через день все уйдём. Всё одно нам тут больше нечего делать. Ни денег, ни сговора, чтобы хоть как заработать.

— А подводы ещё есть? – помолчав, уточнил Беломир.

— Две, – коротко кивнула гостья.

— Векша, спроси станичников, почём хлеб отдадут, – попросил парень, глядя в глаза приятелю.

— Сей же час спроворю, – быстро кивнул кузнец и, поднявшись, скрылся в темноте.

— Ты чего задумал? – насторожилась Дамира.

— Не должны дети с голоду гибнуть, – глухо отозвался парень, упрямо сжав зубы.

— Десять золотых за две подводы спрашивают, – вернувшись, доложил Векша.

— Добре. Скажи, пусть до утра придержат, скуплю всё, – решительно кивнул Беломир, даже не спрашивая согласия женщины.

— Чем отдавать прикажешь? – чуть срывающимся голосом поинтересовалась она.

— Словом добрым да памятью долгой, – нашёлся парень.

— Верно решил, друже, – одобрительно кивнул Елисей.

— Любо, – поддержал его Григорий. – А надобно станет, я денег добавлю.

— Есть деньги, – благодарно, кивнув, принялся пояснять Беломир. – Я ж ещё не все зеркала продал. Да ещё и украшения имеются. Перебедуем.

— Верно про тебя бают, витязь и есть, – судорожно вздохнув, тихо произнесла Дамира, глядя на казаков неверящим взглядом.

— Утром с подводами тут будь. Зерно заберёшь, – коротко велел парень.

— Буду, – кивнула женщина так, что позвонки хрустнули. – Дозволь к своим уйти, – вдруг попросила она с какой-то непонятной робостью.

— Ступай с родом, я тебе не хозяин, – растерянно кивнул Беломир.

Поднявшись, Дамира приложила правую руку к груди и, в пояс поклонившись, быстрым шагом скрылась в темноте.