Книга Дитя прибоя, страница 91 – Эльхан Аскеров

— Жёсткие ребятки, – хмыкнул Лёха.

— Не то слово, – кивнул эльф.

— Понятно. Дальше давай.

— На полдень, леса густые, но тёмные. Там на деревьях не листва, а хвоя. Знаешь, что это такое?

— Знаю, у нас такие леса тоже есть, – кивнул Лёха, удивляясь, как легко его мозг начал адаптировать названия иного мира в привычные ему понятия.

— И там холодно, – продолжил Эльвар. – В иных местах снег даже летом не тает. Людей там почти нет. Только несколько местных племён. Живут они рыбой и охотой на морского зверя. Можно сказать, что те места и не завоёвывали вовсе. Так, указом объявили, что, дескать, это земли империи, – и всё. Я думаю, те племена про империю, столицу и императора и понятия не имеют.

На восход – места населённые и леса там разные. Но в основном, лиственные. Людей там много и леса начали вырубать, но пройти ещё можно. Живут в основном кметы на баронских землях. Сразу скажу, интересного там мало, а ходить по лесам опасно.

— Зверьё? – уточнил Лёха.

— Ага, двуногое, – усмехнулся эльф. – Бароны. Те ещё звери. Кметы от них в голос воют, да деваться некуда. Любой бунт наёмники пресекают жёстко. Не одну уже деревню начисто вырезали.

— А против полдня как? – помолчав, спросил Лёха.

— На полночь, что ли? Так там настоящие тропики. Леса густые, а растений разных столько, что я со счёта сбился. А вот там ходить опасно именно из-за зверья. Хищников много. Люди там тоже живут, но мало. Жарко и болезней разных много. И болота там опасные. Гнилые. Любая царапина сразу гнить начинает.

Внимательно слушая эльфа, Лёха в сотый раз проклял свою торопливость и забывчивость. Великолепная карта имперских земель так и осталась лежать на полке в кабинете мага. И теперь, парень всё чаще склонялся к мысли, что сходить на побережье совсем не помешает.

— Выходит, земель у империи много, а заселены они слабо. Так? – спросил он, обдумав полученную информацию.

— А про уделы первородных ты забыл? – усмехнулся в ответ Эльвар.

— А разве они большие? – с сомнением протянул Лёха.

— Наши пущи тянутся на сорок верховых переходов галопом поперёк и на сто пять вдоль. Горы гномов раскинулись от моря до моря с восхода на полночь. Скалы орков – продолжение того же хребта, но с полночи на закат. А горы драконов на полудне почти по всему побережью ледяного океана тянутся.

— Погоди, что-то у тебя концы с концами не сходятся, – насторожился Лёха. – Выходит, орки с гномами по соседству живут, но расстояние там серьёзное. А мы этот путь за десять дней прошли. Не сходится.

— Я вас эльфийской тропой провёл, – смущённо признался Эльвар.

— Это как? – не понял Лёха.

— Любой эльф, побывав в каком-то месте, способен второй раз пройти тот же путь в три раза быстрее. Но только по лесу. Это наша лесная магия.

— О как?! А я и не заметил, – удивлённо протянул парень, озадаченно почёсывая в затылке.

— Так никто не заметил, – с потаённой гордостью ответил эльф.

— Странно. Магия тех бандитов, что за драконом пришли, рядом со мной сразу сдохла, а твоя – сработала.

— Так та магия должна была зло причинить, а моя в пути помочь, потому и сработала, – пожал плечами эльф. – Ты чем дракона слушал?

— Ушами. Но проверить не мешает, – наставительно ответил Лёха, снова погружаясь в размышления.

* * *

До границы удела эльфийских пущ путешественники добрались почти без приключений. Увидев знакомые с детства места, всю дорогу хорохорившийся Эльвар заметно притих. Весь путь Лёха старательно тренировал эльфа, но сейчас, заметив состояние друга, насторожился. За двадцать дней сделать из музыканта бойца невозможно. Оставалось только ставить на его чувство ритма и умение танцевать. Умение держаться на ногах у Эльвара было врождённым. Простые приёмы, доступные при некоторой тренировке практически каждому, сильно удивили эльфа. И, судя по всему, не очень убедили в возможности победы над любым из братьев.