Книга Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь, страница 218 – Эльхан Аскеров

— Идем со мной, воин. Большой совет собрался и готов обсудить с тобой сложившуюся ситуацию.

— Если ты решил завести нас в еще одну ловушку, то лучше откажись от этой затеи. Я не буду угрожать тебе смертью. Ты стар и не боишься ее, но существует большая разница, как умереть. В бою с врагом или воя от боли и ползая по камням, собирая свои внутренности, – жестко ответил Генри.

— Ловушек не будет. У тебя слишком мощная поддержка, – ответил старик, кивком головы указав на зависшую неподалеку яхту. – А подыхать, как гурт, не хочу даже я, – медленно добавил он.

Гуртами грендалиане называли местных зверьков, отдаленно смахивавших на земных крыс, но более противных. Эти животные не имели шерсти, нападали стаями и были ядовиты. Самое неприятное заключалось в том, что яд гуртов не убивал, а только парализовывал жертву. После чего стая сжирала ее, еще живую, трепещущую, но лишенную любой возможности к спасению.

— Веди, старик, – кивнул Генри после короткого раздумья.

Развернувшись, старый грендалианин медленно зашагал в сторону кланового дворца. Отстав на десяток шагов, десантники направились следом.

— Так мы сутки ползти будем, – проворчал Эндрю, покосившись на командира.

— За поворотом меня ждет машина, – неожиданно проговорил старик, словно услышав слова десантника.

Удивленно глянув ему в спину, Эндрю перевел взгляд на Алекса. Бойцы говорили по внутренней связи, двигаясь с закрытыми забралами шлемов. Услышать сказанное Эндрю старик просто не мог. Неожиданно оглянувшись, старик хмыкнул и добавил:

— Я давно живу на свете и хорошо знаю, о чем думают молодые воины. Много сил, много желаний, но мало рассудка и очень мало терпения. Молодежь везде одинакова. Что у нас, что у вас, что у гердов. Да и стар я уже, чтобы пешком долго ходить. Тяжело стало.

— Похоже, ты успел поболтаться по галактикам, старик, если так хорошо знаешь другие расы, – настороженно спросил Генри.

— Я побывал во многих мирах, – криво усмехнулся в ответ старик, – сначала это был пиратский капер, потом охрана торговых судов, потом судно «людоедов», а потом опять пираты. Я много повидал.

— И где тебе больше всего понравилось? Небось у «людоедов»? – не удержался Эндрю.

— Нет, – покачал головой грендалианин, – у купцов. Там было интереснее. Меньше воинской славы, но больше миров. Купцов не боятся, а значит, есть возможность не только повоевать, а еще и посмотреть, как живут другие. В других мирах. Иногда я очень жалею, что из-за нашей глупости мы оказались в изоляции.

— А скольких людей ты убил, старик? – вступил в разговор Алекс.

— Многих, – коротко ответил грендалианин. – Но я всегда старался убивать только в честном бою.

— Почему? – удивился Эндрю.

— А как иначе заработать славу воина. Я ведь был воином, а не убийцей по желанию и найму. Воин убивает в бою, а убийца из-за угла. У него нет славы. Есть только цель и договор.

— Трудно тебе поверить, старик. Особенно хорошо зная твоих соплеменников, – усмехнулся в ответ Генри.

— Знаю, – кивнул в ответ старик. – Но это моя жизнь. И это правда. В этом мне нет смысла врать.

За разговором они добрались до поворота, и усталым глазам десантников предстал странный аппарат на четырех колесах. Рама, лавки вместо сидений, руль и открытый всем ветрам мотор внутреннего сгорания. Задумчиво обойдя эту конструкцию, Генри удивленно посмотрел на грендалианина и, усмехнувшись, сказал: