Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 246 – Эльхан Аскеров

— А надо, – лукаво усмехнулась старуха. – Нам с внучкой самим козу не купить, а вот ты нам ее и добудь.

— В город поеду, привезу, – кивнул парень.

— А что с похода не привез. Иль не казак? – тут же поддела его бабка.

— В последнем походе не до добычи было. Девок увезти требовалось. А у горцев козы худые. У них овцы добрые, а козы какие-то тощие. Неухоженые. Да и не та это добыча, чтоб за нее башкой рисковать. Купить проще, – усмехнулся Елисей.

— Радмила, не дури парню голову, – неожиданно рыкнул Святослав. – Ему и так несладко. Лучше комнату покажи.

— А вот Марья сейчас и покажет, – тут же перевела стрелки бабка, кивнув на внучку.

Услышав свое имя, девушка выскользнула из сарая и, подойдя, тихо пригласила:

— За мной ступайте, сударь.

— Господь с тобой, сестрица. Какой я тебе сударь? – удивился Елисей. – Елисеем меня звать. Так и зови.

— Как скажете, – не повышая голоса, отозвалась девушка и, развернувшись, направилась в дом.

«Странная она какая-то», – думал парень, проходя следом за ней.

Уже привычно перекрестившись на образа в красном углу, он, повинуясь указующему жесту Марьи, повернул направо и, приметив дверь, осторожно толкнул створку.

Комната оказалась не большой, но уютной. Примерно метров восемь квадратных, с двумя окнами, выходившими на двор. Стол, табурет и лежанка. Вот и вся обстановка. На полу плетеный половичок. Лежанка была застелена матрацем, набитым свежим сеном. По запаху было понятно. На окнах чистые, светлые занавески. В общем, ему было в самый раз.

Осмотревшись, Елисей присел на лежанку и невольно скривился, услышав протяжный скрип. Хмыкнув, он специально несколько раз переместился и даже подпрыгнул, заставляя старую лежанку стенать, словно привидение, и, поднявшись, задумчиво проворчал:

— От такого скрипа ночью и поседеть можно. Спросонок подумаешь, что нечистая сила в комнату влезла. Бабка поменять-то позволит? – повернулся он к стоявшей на пороге девушке.

— Позволит. Нам оно без надобности было, а вы, коль пожелаете, так меняйте, – не поднимая глаз, ответила Марья.

— А ежели я сюда еще какую мебель привезу, спорить не станет? – не унимался Елисей.

— Не станет. Поступайте, как нужным сочтете, – выдохнула девушка.

— Ну и добре. Прибирать тут ты станешь? – на всякий случай уточнил парень.

— Я. И стирать, ежели надо вам, тоже я стану.

— Надо. Сама понимаешь, у меня других дел хватает, так что за эти дела я тебе отдельно платить стану, – пообещал Елисей.

— Благодарствую.

— А скажи, Марья, продукты в доме имеются? Может, чего с базару прикупить надо? Я все одно туда пойду.

— Благодарствую, есть все в доме, – словно автомат отвечала девушка, не поднимая глаз.

«Блин, да как же тебя расшевелить-то? – удивленно проворчал про себя Елисей. – Кукла говорящая, а не дочка казачья. Добре», – вздохнул он, так ничего умного и не придумав.

— Пошли, скажу дядьке Святославу, что мне все нравится, – сказал он, поднимаясь.

Они вышли на крыльцо, и Елисей, подойдя к старику, снял папаху и, коротко поклонившись, поблагодарил:

— Спаси Христос, дядька Святослав, за помощь, да заботу. А за обещание свое покоен будь. Дурного не сделаю.

— Стало быть, остаешься, казачок? – лукаво усмехнулась бабка. – А не страшно?

— А чего бояться? – не понял Елисей.

— Так про меня говорят, что ведьма я. Иль не слыхал?