Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 317 – Эльхан Аскеров

— Он вообще не промахивается. Три полешка, три дырки.

— А учиться все одно нужно, – наставительно отозвался парень, перезаряжая оружие. – Ладно. Хватит на сегодня. Пошли домой.

Ребята, поднявшись с бревна, внимательно оглядели друг друга и дружно зашагали к дому. Впереди у них был обед и личное время. Елисей не забывал, что это еще дети, и регулярно давал им возможность отдохнуть и просто поиграть или побегать с другими ребятами. Так что, когда они куда-то унеслись, парень даже ухом не повел. Единственное условие, все оружие, кроме за-сапожников, должно остаться дома, и исполнялось оно неукоснительно.

Поблагодарив бабку за обед, Елисей прошел в свою комнату и, присев к столу, принялся придумывать, чем заменить толкающую пружину на стягивающую. Мечта о самозарядной винтовке не оставляла парня. Тем более теперь, когда основные направления в этом деле уже были перекрыты. Стволы есть. Согнуть ствольную коробку для того же Митрича не проблема, осталось только придумать что-то с пружинами.

Елисей компоновал возвратный механизм и так и эдак, когда на пороге возникла запыхавшаяся Санька и с ходу объявила:

— Елисей, там наши дерутся!

— Где там? – повернулся к ней парень.

— На базарной площади.

— И что, сильно дерутся? – иронично поинтересовался Елисей.

— Так они втроем против дюжины стоят, – возмутилась девочка, притопнув от нетерпения ногой.

— Против дюжины? Ну, пойдем, посмотрим, – помрачнев, протянул парень, поднимаясь и подхватывая с лавки нагайку.

Револьвер и кинжал и так висели на поясе. Ничего другого он брать не стал. Не воевать идет. Быстро добравшись до места, Елисей с удивлением рассмотрел толпу, возбужденно что-то обсуждающую. Где-то в ее центре кто-то громко возмущался, обещая неизвестному все кары небесные. Недолго думая, Елисей протолкался вперед и, с ходу перехватив занесенную над Мишкой руку, громко спросил, с силой сжимая пальцы:

— Что тут за шум?

— Ты еще кто такой? – возмутился мужик, с виду купец, пытаясь вырвать перехваченную руку.

— Опекун их. А ты что за хрен с бугра, что смеешь на подопечных моих руку поднимать? – зарычал Елисей в ответ.

— Ага, значит, вот ты мне за них и ответишь, – обрадованно оскалился мужик и тут же скривился, когда Елисей усилил нажим пальцев.

— Станешь мне грубить, инвалидом отсюда уйдешь, – прошипел парень, одним резким толчком отбрасывая мужика в сторону.

— Да ты как смеешь так с купцом первой гильдии обращаться?! – завопил мужик, с трудом поднимаясь на ноги.

— А мне без разницы, кого резать, – презрительно усмехнулся Елисей. – Так что тут случилось? – повернулся он к своим подопечным.

— Вон, – кивнул на какое-то крепко помятое тело Витька. – Этот у Мишки пояс увидел и начал спрашивать, откуда взял да где украл. Мол, пояс с серебром пащенку никто не даст. Снимать велел. А Мишка его в глаз.

— А дальше? – с каждым словом мрачнея все больше, поинтересовался парень.

— А тут мы подскочили. Этот-то, хоть и выпивши, а все одно взрослый. Вот мы хором и навалились. А потом этот прибежал. Нас бить начал. Ну, Ильюха ему в горячке ногой по колену и врезал.

— Сильно врезал? – задумчиво поинтересовался Елисей.

— Сильно. Этот ажно упал, – шмыгнув носом, вздохнул Витька.

— Теперь понятно, чего он ярится так, – хмыкнул Елисей и, выпрямившись, с вызовом посмотрел прямо в глаза неизвестному купцу.