Книга Толмач. Кровавая схватка, страница 19 – Эльхан Аскеров

— Векселя привезли, любезный? – коротко поинтересовался Егор.

— С кем имею честь, сударь? – проявил ростовщик характер.

— Персоналии теперь не важны. Впрочем, извольте. Вяземский, Егор Матвеевич, из дворян. Так вы привезли векселя господина Великанова, или мне приказать вас пороть плетьми за нерасторопность? – повторил парень свой вопрос, намеренно делая всё, чтобы вывести противника из себя.

— Не посмеете, – вдруг оскалившись, зашипел ростовщик.

— Ой, дурак, – протянул стоявший рядом с ним десятник, удручённо покрутив головой. – Ты, мужик, так и не понял, с кем дело имеешь. Холопов твоих браты уже выпороли. Так что ему только бровью повести, как и с тобой то же самое будет.

— Думаете, на вас управы не найдётся? – продолжал яриться ростовщик.

— Если вы про своего покровителя из полиции, так это ещё доказать надобно. К тому же против жандармов они не тянут. А вот за мной жандармы и стоят, потому как я теперь в своём праве, – презрительно усмехнулся Егор.

— В каком ещё праве? – насторожился ростовщик.

— В прямом. В деле господина Великанова теперь и мой интерес имеется. Сорок процентов его заведений принадлежит мне на правах долевого пая. А вы, любезный, смеете угрозами пытаться отобрать мою собственность. Где векселя? – чуть повысив голос, жёстко спросил парень.

— С собой, – помолчав, нехотя признался ростовщик.

— Извольте явить, – приказал Егор.

Ростовщик потянулся к внутреннему карману своего сюртука, когда стоящий рядом с ним десятник, ткнув ему стволом в висок, негромко посоветовал:

— Не балуй. Моргнуть не успеешь, как башку снесу.

— Уймите своих псов, сударь, – злобно произнёс ростовщик, покосившись на казака.

— Бумаги, – рыкнул Егор в ответ, словно плетью хлестнул.

Ростовщик вынул из кармана сложенные документы, и Михалыч, моментально выхватив их у него из пальцев, сам понёс бумаги парню. Егор же, получив векселя, только коротко кивнул мрачно замершему десятнику. Послышался смачный удар и страдальческий стон.

— Убедитесь, Савелий Михалыч, всё ли тут, – произнёс парень, не обращая внимания на начавшуюся экзекуцию.

Десятник одним ударом ядрёного кулака отправил ростовщика на землю, и подскочившие казаки принялись охаживать его нагайками.

— Да, здесь всё, – быстро просмотрев документы, кивнул Великанов.

— Хватит, – коротко скомандовав, остановил Егор порку. – Никогда, любезный, не смейте оскорблять казаков. А теперь слушайте.

— Вы за это ответите, – нашёл в себе силы прохрипеть ростовщик, которого бойцы вздёрнули на ноги.

— Заткнись, холоп, – прошипел парень так, что ростовщик невольно вздрогнул. – Твои подонки посмели нанести моему имуществу ущерб, когда выбивали из моего партнёра долг. Вот счёт на двадцать рублей. Это стоимость посуды, которую они посмели разбить. Так что вам причитается двести тридцать тысяч рублей. Извольте получить, – закончил он, вынимая из сумки деньги и отсчитывая указанную сумму. – И последнее, – добавил парень, отдав ему ассигнации. – Если вы или ваши каторжники посмеете ещё раз побеспокоить меня по любому поводу, или, паче чаяния, это сделает кто-то другой, по вашему наущению, считайте себя покойником. Судиться с вами или устраивать долгие разборы, я не стану. А теперь пшёл вон, – закончил он, презрительно скривившись.