Книга Зигзаги судьбы, страница 145 – Эльхан Аскеров

А что до офицера политика, так это уже не служба, а желание выслужиться. Не бывает одновременно и службы доброй, и политики. Не пожелаешь кому-то потрафить, станешь неугодным. Наживешь врагов, а после и чина лишишься. Всегда найдется тот, кто окажется ближе к нужному уху. Так всегда было и так будет. Тут все только от самодержца зависит. Как это при Петре Великом было. Умел на своем настоять и не обращать внимания на то, что придворные думают. Как он решил, так и будет.

— Это ваш кумир? – оживилась Елена.

— Нет. Кумиров у меня нет. Помните, как в Писании сказано? Не сотвори себе кумира. Я исхожу из его деяний. Решил изменить уклад в государстве – и изменил. Сам, почти один. Всех бояр через колено сломал, а своего добился. Ошибок было много, не без того, но кто не ошибается? Любое новое дело без ошибок не может сложиться.

— Я никак не могу понять, каков вы на самом деле, – вдруг произнесла Елена. – С виду просто молодой человек, с прекрасным образованием. А как присмотришься, так просто кладезь самых разных талантов. И боец, каких поискать, и ритор такой, что невольно заслушаешься. И на все у вас свое мнение имеется. Так кто же вы все-таки такой, юноша? – задумчиво протянула женщина, рассматривая его, словно какую-то диковинку.

— Я – это просто я, сударыня, – едва заметно усмехнулся Егор. – Просто, в отличие от своих ровесников, я не тратил времени зря и с самого детства учился. Всему, что мне давали. Воевать, говорить, а главное, думать. Понятно, что еще больше мне предстоит изучить в будущем, но имея хорошую базу, это будет не так сложно, как иным.

— И вас это совсем не страшит? – осторожно спросила Наталья.

— Это просто жизнь, сударыня. И страшиться ее неправильно. Ее нужно принимать такой, какой она к нам приходит, и стараться приладить к себе, – чуть пожал Егор плечами. – Ну, или, на худой конец, приладиться к ней самому.

— А что Игнат Иванович думает о таком вашем отношении к жизни? – вдруг спросила Елена.

— Он оставил решать этот вопрос мне. В любом случае, он не сможет прожить ее за меня. А обстоятельства часто вынуждают нас поступать не так, как считают было бы верным поступить другие. А чего вы сами ждете от него? – неожиданно перешел парень в атаку. – Уж простите, но вопрос для меня не праздный. Дядюшка – это единственный имеющийся у меня кровный родич, и потому судьба его мне не безразлична.

— Это я поняла еще в тот раз, когда вы бросились его защищать, – смущенно кивнула женщина. – А планы мои будут зависеть от него. Вы ведь сами сказали, что мы часто становимся жертвами обстоятельств.

— Я не спрашивал о ваших планах. Я спросил о ваших ожиданиях, – надавил Егор, качнув головой.

— Это несколько бестактно, задавать подобный вопрос женщине, – вдруг вскинулась Елена.

— Отчего же? – иронично усмехнулся парень. – Что бестактного в том, чтобы спросить, чего женщина хочет? Пирожного или пирога с ягодой.

— С вами сложно спорить, Егор Матвеевич, – растерянно улыбнулась женщина.

— А мы и не спорим, – развел парень руками. – Мы просто беседуем, решив поведать друг другу о своих чаяниях на недалекое будущее. Обычная светская беседа.

— А ведь Егор Матвеевич прав, мама, – задумчиво произнесла Наталья, назвав ее на французский манер, с ударением на последнем слоге. – Я вот только никак не могу понять, как он так ловко увел разговор с себя на тебя?