Книга Зигзаги судьбы, страница 46 – Эльхан Аскеров

— Не нравится мне эта история, – помолчав, честно признался парень.

— Какая именно? – не понял Игнат Иванович.

— Вся. Начиная с отправки на фронт и заканчивая этим вызовом ко двору. Вот хоть режьте меня, не нравится и все.

— И что тебе не так? – осторожно уточнил дядя.

— А вас, значит, ничего не удивляет, – раздраженно фыркнул Егор. – Ни то, что на театр боевых действий отправляют недоросля? Ни то, что им там никто даже не интересуется, потому как в толмаче там особой нужды не имеется? Ни даже то, что сам император тратит свое время на встречи и беседы с каким-то мальчишкой? Это, по-вашему, правильно?

— Ну, не могу сказать, что все это в порядке вещей, но и ты не просто мальчишка. Уж прости, но делами твоими при дворе многие интересуются, – осторожно высказался Игнат Иванович.

— О как! И кто же это? А главное, откуда они вообще узнали, что я в чем-то таком участвовал? – тут же вцепился Егор в дядю.

— В том-то и дело, что никто ничего толком не знает. Знают только, что тебя сам государь награждал дважды и что ты ему лично бумагу поставляешь. А еще очень много вопросов про твой выход в московский свет.

— А это тут с какого боку? – растерялся Егор.

— Объясню, – понимающе кивнул Игнат Иванович. – Все дело в том, мон шер, что ты почти вырос. Шутки шутками, а семья наша хоть и не сильно знатна, но весьма состоятельна и по службе всякой всегда правящей фамилией отмечалась. Еще прадед твой к самому государю вхож был, причем мог без доклада в случае нужды войти. Вяземские – это не просто фамилия. Это многие поколения честно служивших государству людей. И вот теперь появился ты. Вроде, на первый взгляд, просто недоросль, как сам любишь повторять. А ежели присмотреться, то выясняется, что в столь юные годы уже и два ордена имеешь, и мануфактуру свою. Не понимаешь? – иронично поинтересовался дядя.

— Ну, орденов уже не два, а три, – задумчиво напомнил Егор, – а интерес тот, выходит, про то, какая из меня партия в будущем будет? Я правильно вас понял?

— Именно, – одобрительно усмехнулся дядя. – Не знаю уж, с чего так выходит, но юношей, подающих серьезные надежды, всегда меньше, чем девиц. К тому же молодые люди иной раз пускаются в необдуманные приключения и порой складывают головы и на дуэлях, и на охотах, и в других, подобных эскападах. Вот начинают родители задумываться, с кем им придется дело иметь.

— А высший свет тут при каких делах? – снова не понял парень. – Мы ж не титулованы, вы сами сказали. А для титулованных семей подобный брак – моветон. Понижение статуса, если вы понимаете, что это значит.

— Уж поверь, понимаю, – ехидно усмехнулся Игнат Иванович. – И, тем не менее, все мной сказанное, правда.

— Возможно, но боюсь, не вся, – помолчав, вздохнул Егор.

— Объяснись, – удивленно потребовал дядя.

— Есть у меня мысль, что интерес моя персона первым делом вызывает у тех, кто имеет свой взгляд на ведение империей внешней политики, – обтекаемо высказался парень, выразительно поглядывая на родственника. – Недаром ведь нам пытаются хозяйство порушить и в расходы ввести. А если вспомнить, что нечто подобное мне прямым текстом обещали, то интерес этот становится просто опасным. А если говорить прямо, то кто-то очень не хочет, чтобы я помогал с переводами и вам, и жандармам. Думаю, моя отправка на фронт как раз из этой серии интриг. Как любят говаривать наши заклятые британские друзья, разделяй и властвуй.