Книга Толмач, страница 52 – Эльхан Аскеров

— И как? – удивленно уточнил дед, переводя растерянный взгляд с дяди на племянника.

— Не учел, дурень, что Егорушка наш боевого офицера сын, и сам не промах. Он у того дурака револьвер отобрал, а самого связал, – одобрительно усмехнулся дядюшка, подмигивая парню. – А после ко мне в кабинет и привел.

— И где он теперь? – мрачно насупившись, поинтересовался дед.

— Мы его в чулане до завтра заперли. Он вздумал на какого-то полковника из жандармского ведомства ссылаться. Вот завтра и узнаем, что правда, а что выдумка.

— Неужто и вправду с револьвером, – помолчав, переспросил дед, вопросительно глядя на парня.

— Угу, – коротко кивнул Егор, выкладывая на стол оружие, которое так и носил при себе.

— Я уж глянул, папенька. В нашей оружейной такого револьвера не было, – решительно заявил Игнат Иванович.

— Да как же ты сумел-то? Голыми руками, оружного? – окончательно растерявшись, спросил Иван Сергеевич, разглядывая револьвер.

— Оружие мало иметь. Им еще и пользоваться уметь надо, – пожал Егор плечами. – А драться на кулаках меня серьезно учили.

— Ты ж еще толком от ран своих не оправился, – вскинулся дед. – Как сумел-то?

— Он револьвер-то вынул, а курок взвести забыл. Или побоялся. Ему шум лишний тоже не нужен был. А револьвер этот одноразового действия. Пока курок не взведешь, не выстрелишь. Вот я тем и воспользовался, – принялся пояснять Егор, тыча пальцем в нужные точки на оружии.

— Племянник у меня, папенька, боевитый, – одобрительно рассмеялся Игнат Иванович. – И на кулачках горазд, и с оружием управляться умеет. Он уже успел с моим Романом сойтись и в денщики его себе определить.

— А Роман чего? – оживился дед.

— Как ни странно, принял, – развел дядюшка руками.

— А зачем тебе денщик? – повернулся дед к Егору.

— Мне надобно себя в привычное состояние привести. Прежде, до ранения, я таким слабым не был, – вздохнул парень, подпуская в голос сиротской слезы. – А Архипыч казак опытный, всяким боевым ухваткам обученный. Вот и стану с ним тренироваться. И мне польза, и ему веселее.

— А ежели опять запьет? – помолчав, задумчиво поинтересовался дед.

— Так он и пьет с того, что дела доброго нет. А как заниматься начнем, так про спиртное и думать забудет, – отмахнулся Егор.

— Ну, дай-то бог, – вздохнул дед, давая слуге знак подавать на стол.

— Егор, неужто вы и вовсе того Алексея не испугались? – не утерпев, спросила Светлана.

— Я скорее за вас всех опаску имел. А самому мне и бояться уж более нечего. Что было, все потерял, – криво усмехнулся Егор, запуская ложку в наваристую уху.

* * *

Приехавший в имение полковник был осанист, дороден, а вид имел властный и суровый. Роскошные бакенбарды едва не на плечах лежали, а вот на голове растительности почти и не осталось. Увидев приведенного в кабинет деда Алексея, полковник Веселовский удивленно хмыкнул и, расправляя костяшкой указательного пальца усы, мрачно проворчал:

— М-да. Тебя, олух царя небесного, в приличном доме служить просили, а ты словно варнак из дешевого кабака. Кто это его так, господа? – повернулся он к хозяевам имения.

— Я, – мрачно разглядывая полковника, коротко отозвался Егор.

— Вы?! – изумлению жандарма не было предела. – Шутить изволите, юноша?

— Да какие тут к бесу шутки, – прошамкал бывший слуга.