Книга Толмач, страница 97 – Эльхан Аскеров

Принести в карцер ведро воды в полной темноте оказалось делом не простым, но он справился. И даже почти ничего не разлил по дороге. Не забыл он и деревянный ковшик. Выливать на каждого целое ведро парень посчитал слишком расточительным. Да и сырость в подвале особняка разводить лишнюю не хотелось. Убедившись, что орать неизвестные не могут, он зачерпнул ковшиком холодной колодезной воды и с размаху выплеснул ее в лицо своему крестничку.

Глухо застонав, тот начал перхать и попытался дернуть руками, но Архипыч, хлопнув его по физиономии, негромко посоветовал:

— Не балуй, пес. Не то я тебе и хлеще дам.

— Кляп выдерни и глотку ему пережми, чтобы орать не вздумал, – скомандовал Егор, выступая вперед. – Кто такие и зачем в дом наш влезли? – спросил он, старательно освещая неизвестному лицо.

— Мимо шли, приметили дом богатый, вот и решили обнести его, – прохрипел мужик, зыркая по сторонам глазами.

— Не понял ты меня, болезный, – презрительно усмехнулся Егор. – На такое дело с кистенями да ножами не ходят. Тут скорее мешки с собой несут. Дядька, а сломай ему ногу, чтобы ума прибавилось. Только прежде пасть заткни. Нечего дедушку беспокоить. Старенький он уже, – добавил парень так, что варнак невольно вздрогнул.

— Погоди, барич, – торопливо захрипел он. – Не по закону то. Взял на горячем, так сдавай в полицию. Я ж не скрываю, что украсть хотел. Чего сразу ноги-то ломать?

— Ты и вправду дурак, – зло рассмеялся Егор. – Тебя не просто на горячем взяли. Тебя сам хозяин дома скрутил. Так что я теперь с вами делать могу, что захочу. Хочу, стану собаками словно зверей травить, а захочу, шкуры как с тех баранов сниму. И никто мне и слова не скажет. Потому как никто окромя меня и дядьки и не ведает, что вы тут вообще есть. В общем, так, скажешь мне правду, отпущу. А нет, не обессудь. Живыми вы мне не надобны.

— А тела куда денешь? – не сдавался варнак. – Просто так не бросишь. Вони много, приметят. А везти куда, людишки увидят.

— Да ты и вправду дурак, – рассмеялся Егор. – На свинарник прикажу свезти. Да на куски порубить. Останется только головы закопать. Остальное свиньи за милую душу сожрут. Свинья животина такая, что угодно сожрать может, да еще и добавки попросит.

— Не посмеешь, – растерянно качнул варнак головой.

— Посмеет, – зло усмехнулся в ответ Архипыч. – Думаешь, ты первый в этом подполе сидишь? И до тебя ловкачи были. Уж поверь. Барич, вьюнош хоть и молодой, а до дела жутко как зол. И племя ваше варначье жуть как не любит. Так что ты, мил человек, лучше не зли его. Он свое слово завсегда держит. Сказал, свиньям скормит, так и сделает. А велит отпустить, сам тебя за околицу выведу.

— Вот ведь влипли, – растерянно проворчал варнак и, вздохнув, добавил: – Целуй крест, что живыми выпустишь, все как на духу поведаю.

— Тебе пес дворянин свое слово дал. Рассказывай, – зарычал в ответ Егор, наступая сапогом ему на щиколотку.

— Ой, больно! – взвыл варнак.

— Да не доводи ты его до греха, – встряхнул его Архипыч. – Сказано, отпустит, значит, так тому и быть. А осерчает, так и вправду шкуру спустит.

— Наняли нас, – испуганно выдохнул варнак.

— Для чего? Что сделать велели? – навис над ним парень.

— Сказали, надобно молодого хозяина имения этого порешить. Мол, знает больно много.