Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 358 – Эльхан Аскеров

Дождавшись, когда эти барышники осмотрят всех его трофейных кобыл, Матвей выдал бойцам для осмотра захваченные сабли и потянулся за винтовками, когда один из арабов, вытянув полученную саблю из ножен, одобрительно цокнул языком и что-то спросил. Быстро найдя взглядом переводчика, парень жестом подозвал его поближе и, ткнув пальцем в араба с саблей, попросил перевода.

— Он говорит, хорошая сабля. Для настоящего воина. Почему себе её не берёшь?

— Скажи, моя шашка лучше, – усмехнулся Матвей, хлопнув ладонью по рукояти своей красавицы.

— Говорит, это шахский клинок. Лучше него только булат, – с лёгкой улыбкой перевёл Ахмет-хан возмущённое лопотание араба.

Толмач отлично знал, что хранится в ножнах Матвеевой шашки, так что улыбка его из ироничной быстро сменилась на ехидную, когда Матвей, чуть слышно хмыкнув, вытянул до половины свой клинок. Араб, сунув саблю в руки приятелю, при этом едва не порезав его, сделал шаг вперёд, впившись взглядом в муаровый узор на клинке парня.

— Уй бой! – хлопнув себя ладонью по бедру, восторженно выдохнул он и, повернувшись к толмачу, принялся что-то тарахтеть с пулемётной скоростью.

— Спрашивает, сколько золота ты отдал за это оружие, – пряча улыбку, перевёл Ахмет-хан.

— Скажи, ровно столько, сколько весит сам клинок, без ножен, – едва сдерживаясь, чтобы не заржать в голос, ответил Матвей.

— Дёшево заплатил, – перевёл толмач. – Он бы отдал в два раза больше, прямо в ножнах.

— У него есть столько золотых? – сделал вид, что не верит, парень.

— Говорит, за такую саблю нашёл бы, – пожал плечами Ахмет-хан, глядя на воина гораздо внимательнее.

— Ты чего? – насторожился Матвей, заметив этот взгляд. – Неужто поверил?

— Ты не всё знаешь, – отмахнулся толмач. – Мы им трофеи за серебро предложили, а они сказали, что столько серебра с собой не возят, но готовы купить всё за золото.

— Не понял, они что, царскую казну ограбили? – озадачился Матвей.

— Не думаю. Но могу тебя заверить, что нужное количество монет они точно найдут, – твёрдо ответил толмач. – Иначе и торговаться бы не стали. А оружие им действительно нужно. Сам посмотри, чем они вооружены.

— Да я уж заметил, – кивнул парень. – И сказать по чести, меня это настораживает. Откуда у клана, так плохо вооружённого, столько золота? Их бы давно уже всех вырезали, а казну отобрали.

Между тем араб, оторвавшись от созерцания булатного клинка, с грехом пополам взял себя в руки и вернулся к осмотру предлагаемого товара. Но глаза его то и дело смещались в сторону Матвеевой шашки. Вернув её в ножны, Матвей с интересом наблюдал, как арабы проверяют оружие, пытаясь понять, кто из них действительно знаток, а кто так, погулять вышел. Толмача снова позвал сотник, и арабы, одобрительно поцокав языками, вернули всё оружие хозяину.

Торг и переговоры велись примерно часа полтора, после чего торговцы ударили по рукам, и сотник, привстав в стременах, подал команду к движению. Заметив, что отряд сменил маршрут и теперь движется в ту же сторону, что и караван кочевников, Матвей не удержался и, подъехав к переводчику, тихо спросил:

— Куда это мы?

— Тут верстах в семи есть старая разбитая крепость. Вот туда они свой клан и перевозят. Говорят, бандитов слишком много стало. Нападают почём зря. Там и будет полная оплата.