Книга Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле, страница 332 – Эльхан Аскеров

— Вон, на выгоне сидят, – вздохнул тот. – Полсотни душ православных и с дюжину немцев всяких.

— А вот это уже интересно, – хмыкнул парень и направился в указанную сторону.

Освобожденные с галеры рабы сидели на земле, растерянно глядя на догорающую галеру и казачью суету. Увидев подходящего к ним человека в странном костюме, бывшие рабы насторожились и начали подниматься. Подойдя, Сашка быстро оглядел их и, убедившись, что основная масса людей почти ничем не отличается от тех, что вытащили в прошлый раз, негромко сказал:

— Сидите пока, православные. Мне с иностранцами поговорить надо. Господа, кто из вас понимает меня, прошу подойти сюда, – громко произнес он, переходя на французский.

— Я понимаю, – послышался голос, и к парню протолкался громадный, черный, словно смола, негр с удивительно правильными и тонкими чертами лица.

«Не иначе абиссинец», – подумал Сашка, удивленно рассматривая его.

— Как тебя зовут? – спросил он, с интересом рассматривая гиганта.

Ростом под два метра, с плечами шире крестьянского стола и бычьей шеей, он производил серьезное впечатление.

— Нгоса, господин. В крещении Николай, – представился негр.

— Ты крещеный? – удивился Сашка.

— Да, господин. Вся моя семья верила в Христа.

— Католик? – на всякий случай уточнил парень.

— Православный, – улыбнулся Николай.

— Весело, – удивленно хмыкнул Сашка. – Это откуда ж в Абиссинии православные взялись?

— Паломники к Гробу Господню шли и по пути в наших местах скит поставили, чтобы другие по пути остановиться могли. Там и крестили.

— Это когда ж было? – заинтересовался парень.

— Давно, – смущенно огладив громадной ладонью бритую голову, ответил негр. – Я неграмотный и счета не знаю. Знаю только, что случилось это, еще когда дед моего деда мальчишкой был.

— Ладно, потом об этом поговорим. Кто еще здесь есть из тех, кто взят не из России?

— Вон там четыре португальца сидят, – ткнул пальцем Нгоса. – А вон там трое из Голландии. Есть еще четверо пилигримов, но они езиды. Арабы.

— Блин, ну и солянка, – удивленно проворчал Сашка. – И на каком языке вы с ними разговаривали? – уточнил он у негра.

— Тут все турецкий понимают, – мрачно усмехнулся тот. – Если не понимаешь, то долго не живешь.

— Ну, тогда зови их сюда, будем решать, что с ними делать, – вздохнул парень, предчувствуя очередные непредвиденные траты.

Нгоса развернулся и быстро протарахтел что-то по-турецки. Все иностранцы, поднявшись, обступили их, выжидающе уставившись на парня. Подумав, Сашка жестом указал негру место рядом с собой и сказал:

— Господа, скоро я заберу всех рабов в свое имение. Почти все эти люди жители этой страны. Поэтому я хочу спросить вас, что вы собираетесь делать дальше? Попросите российского подданства или пожелаете ехать обратно в свои страны?

— А разве вы не станете требовать с нас платы за спасение? – угрюмо поинтересовался один из голландцев.

— Я не рабовладелец, – фыркнул Сашка. – Это уже вторая галера, которую мы уничтожаем, и в прошлый раз я отпустил всех, кто решил уйти.

— А что будет с вашими соотечественниками? – не унимался тот.

— С ними все проще. Они и так подданные империи, им достаточно просто получить нужные бумаги. Потом я предложу им такой же выбор. Остаться у меня и работать, или отправляться куда сами пожелают.