Книга Шаг в неизвестность, страница 93 – Эльхан Аскеров

— Кто научил тебя пить наш кофе? Турки варят его по-своему. Неплохо, но не так, как мы. Для непривычного человека вкус этого напитка кажется странным. Ты же получаешь от него удовольствие. Это видно сразу.

— Давно это было, – едва заметно усмехнулся Шатун. – Мой учитель много лет прожил на Аравийском полуострове и там полюбил ваш кофе. А потом научил любить его меня.

— Белый жил среди арабов? – растерялся купец. – Тогда про него должны знать многие. Как его звали?

— Это теперь не важно. Он давно уже умер, – ушел парень от ответа. – К тому же он ездил туда не просто так. Он совершал хадж.

— Он был правоверным? – еще больше удивился араб.

«Прости, Николаич», – вздохнул про себя Руслан, кивая.

— И ты учился у него? – не унимался купец и, получив в ответ еще один кивок, тут же задал следующий вопрос: – А сам ты никогда не хотел стать правоверным?

— Нет, – качнул Руслан головой. – Родители дали мне веру предков, и менять ее, значит, предать их память. К тому же и правоверные, и православные, всегда были людьми книги. Просто каждый из нас верит по-своему. Так зачем суетиться и что-то менять, если Всевышний един, а имен у него множество?

— Теперь я верю, что тебя учил правоверный, – неожиданно кивнул купец. – Только тот, кто совершил хадж и лично читал великую книгу, может произнести такие слова, а главное, понять их смысл.

«Эк тебя раскорячило», – проворчал про себя Шатун.

— Прикажи привести сюда человека, который покажет мне османов, – попросил он, глотнув еще кофе.

— Не спеши, – отмахнулся араб. – Они не собираются уходить. Товара у них много. И если они станут торопиться, это всем покажется странным.

— Я не спешу. Я хочу передать твоего человека своим людям, и пока мы наслаждаемся кофе, мои люди начнут присматривать за турками. Сам я слишком заметен, чтобы идти туда.

— Да уж, – хмыкнул араб, окинув могучую фигуру парня быстрым взглядом. Снова хлопнув в ладоши, он что-то быстро приказал вошедшему слуге, и вскоре тот вернулся в сопровождении крепкого, подтянутого мужчины лет тридцати.

— Он говорит по-русски? – первым делом уточнил Шатун.

— Очень плохо, – отмахнулся купец.

— Жаль, но все лучше, чем ничего, – проворчал Руслан, поднимаясь.

Выведя мужика на улицу, он жестом подозвал к себе одного из казаков и, быстро объяснив ему ситуацию, приказал осторожно взять турок под плотный контроль. Убедившись, что казаки поняли его правильно, Руслан вернулся в шатер и, усевшись на свое место, задумчиво посмотрел на купца.

— Ты хочешь меня о чем-то спросить? – произнес купец, продолжая перебирать четки.

— Мне стало интересно, почему ты решил отдать турок мне. Ведь вы с ними единоверцы, – ответил Шатун и, достав из сумки четки, которые когда-то купил у горца, начинал перебирать их в пальцах.

Парень намеренно зеркалил своего собеседника, заставляя его раскрыться. Араб, увидев в руке парня столь необычный для православного предмет, на минуту растерялся, позволив удивлению прорваться сквозь маску полнейшего спокойствия. Потом, взяв себя в руки, араб едва заметно качнул головой и, усмехнувшись, произнес:

— Эти шакалы убили двух моих проверенных людей и отобрали много товара. Но товар это не страшно. Главное, мои люди. С каждым из них я прошел много дорог и повидал много стран. В каждом я был уверен, как в себе. А теперь мне придется принести в их шатры плохую весть. Турки должны заплатить.