Книга Шатун, страница 43 – Эльхан Аскеров

— Сирота? — поинтересовался Шатун.

— Угу.

— Давно на улице?

— Второй год пошел.

— На кого работаешь? На местных, или кто пришлый пригрел? — не унимался Руслан, понимая, что просто так беспризорнику одному промышлять никто не позволит.

— На «иванов» местных, — тихо буркнул мальчишка.

— Есть хочешь? — помолчав, спросил Руслан. В ответ мальчишка только кивнул.

— Ермил, сделай одолжение, купи ему калач, — попросил Шатун казака, протягивая ему горсть мелочи.

Кивнув, казак подхватил с ладони две копейки и быстрым шагом прошел в лавку, откуда одуряюще пахло свежей выпечкой. Пару десятков таких лавок выстроились вдоль улицы по обе стороны от базарных ворот. Базарная площадь и все прилегающие окрестности были царством торговли. Тут можно было найти всё. От еды до оружия и от лекарств до проституток. Главное, знать, у кого спрашивать.

— Хочешь с улицы уйти? — подумав, спросил Руслан у мальчишки.

— Куда?

— Ко мне служить пойдешь?

— А чего делать надо? А то давеча один вот так звал к себе, а после за задницу щупать начал, — неожиданно высказался мальчишка. — Насилу вывернулся.

— Делать станешь, что все слуги делают. Ну, и на посылках бегать, — нашелся Шатун, припомнив, что мальчишек в этом времени регулярно использовали как гонцов. — А за задницу свою не беспокойся. Я не по этой части, — добавил он, невольно скривившись. — Так что? Пойдешь?

— «Иваны» без отступного не отпустят, — помолчав, вздохнул мальчишка, зябко передернув плечами.

Словно в ответ на его слова, из переулка вышли три индивида и, оглядевшись, направились к ним. Судя по их развинченным походкам и наглым рожам, шестерки эти чувствовали себя на этой улице королями.

— Васька, а ну подь сюды, — послышалась нахальная команда. И заметив, что мальчишка колеблется, окликнувший его, добавил: — Я кому сказал, пащенок, сюда иди!

— Исчезни, шваль, — зарычал Руслан в ответ.

Стычка на базаре заставила кровь забурлить, и нахлынувшая злость еще не прошла. К тому же Руслан ненавидел подобных подонков, помня, что они творили в его времени.

— Да ты, казачок, никак горя ищешь? — тут же взвился кричавший.

— А ты подойди поближе. Посмотрим, кому тут горе будет, а кому радость, — зло оскалился Руслан в ответ.

— Ну, верста коломенская, молись! — взвыл блатной и бросился к парню, взмахивая рукой.

Помня, что в этом мире такая вещь, как кистень, была весьма распространена, Шатун сделал то, чего от него никак не ожидали. Шагнув вперед, он со всей дури пнул противника ногой в грудь. Прямой удар резко выброшенной вперед стопы отшвырнул уголовника на одного из приятелей. В итоге оба повалились в пыль. И судя по хрусту, попавшему под удар встать уже было не суждено. Не останавливаясь, Руслан сделал еще одни шаг и, стремительно крутнувшись на пятке, снес второго бандита классическим хвостом дракона.

Того прямо в воздухе перевернуло от удара. Третий бандит, едва успев встать на ноги, словил пинок сапогом в челюсть и, повернувшись вокруг своей оси, рухнул мордой в пыль. Вышедший из лавки с калачом в руках казак, увидев стычку, бросился на помощь, но все было кончено. Сунув калач мальчишке, Ермил присел над упавшими бандитами и, коснувшись пальцами становой жилы каждого, растерянно проворчал:

— Сам бы не видел, ни за чтоб не поверил. Одними ногами троих забить. Ну, ты и силен, твое благородие.