Книга Отморозок 12, страница 65 – Андрей Поповский

Вахо тяжело кивнул, но ничего не сказал.

— Супруга Карабанова и адвокаты подали в надзорный орган жалобу об оказании физического давления на подследственного, — продолжил прокурор. — Я проверил жалобу. Факты, изложенные в жалобе, частично подтвердились. Потому и было принято решение о переводе в другой изолятор. Не потому, что Карабанов ваш знакомый. И не потому, что за него попросили. А потому, что существовала реальная опасность для жизни и здоровья подследственного. Следствие обязано обеспечить безопасность любого обвиняемого.

Вахо прекрасно знал каким образом была организована проверка, и чего ему стоило выйти на заместителя прокурора Москвы. Следствие, как и закон в это время, да и в любое другое, не могут защитить любого. Они могут защитить того, у кого есть ресурс и не обязательно финансовый. Все в жизни устроено гораздо сложней и деньги в таких вопросах зачастую уступают связям и знакомствам с нужными людьми. Но он ничем не выдал промелькнувших в голове мыслей, а спросил.

— Поэтому его перевели в Лефортово?

— Новый следователь вынес постановление о переводе, прокуратура его санкционировала, а Министерство безопасности согласовало помещение Карабанова в свой изолятор. Там значительно сложнее подсадить к Карабанову нужных людей и выдать расправу за обычный внутрикамерный конфликт. Без письменного разрешения нового следователя никого из прежней группы к нему не допустят. Каждый вызов на допрос и каждый вывод из камеры будут зарегистрированы.

Вахо слегка подался вперед.

— Значит, до него больше не доберутся?

— Я сказал другое.

Голос прокурора остался спокойным.

— Возможности физического воздействия значительно сократились. Лефортово — не санаторий и не неприступная крепость. Но генерал Потапов там не хозяин.

Вахо удовлетворенно кивнул. Именно это ему и было нужно услышать.

За дверью раздались быстрые шаги. В кабинет заглянула секретарь — женщина средних лет в вязаной кофте поверх блузки.

— Виктор Николаевич, из второго отдела опять звонили. Спрашивают копии по делу Лебедева.

Прокурор нахмурился.

— Передайте, что копировальный аппарат снова сломан. Пусть присылают человека и перепечатывают.

— Они уже присылали.

— Значит, пусть пришлют еще раз.

Секретарь прикрыла дверь.

Вахо посмотрел на стоявшую возле стены подержаную пишущую машинку. Рядом лежали несколько листов с исправлениями, внесенными от руки.

Прокурор заметил его взгляд.

— Да, именно так мы и работаем. Двадцатый век заканчивается, а у нас один копировальный аппарат на несколько отделов. Иногда исправный, а большей частью нет.

— Компьютеры есть?

— Один. В хозяйственном управлении. Стоит как мебель. Никто толком не умеет им пользоваться.

— Понятно.

Прокурор снова раскрыл папку.

— Вернемся к Карабанову. В его деле есть вопросы.

— Какие?

— Пока это не ваш разговор.

— Я не прошу раскрывать тайну следствия.

— Тогда и не спрашивайте о содержании материалов.

Вахо выдержал его взгляд.

— Хорошо.

Прокурор постучал пальцем по папке.

— Скажу только то, что уже имеет процессуальное значение. Время фактического задержания не совпадает со временем, указанным в протоколе. Кроме того, в материалах не отражено, где находился пакет между его изъятием и опечатыванием. К понятым присутствующим при обнаружении пакета с наркотиками есть вопросы и на самом пакете отпечатков обвиняемого не обнаружено.