Онлайн книга «Отморозок 11»
|
Мария Семеновна часто говорит своим воспитанницам, что сейчас они пока еще гадкие утята, а тренировки делают из них прекрасных лебедей. Она требует от них дисциплины и много работать. Девочка старается много и усердно работать, но у нее все равно пока не получается быть прекрасной царевной-лебедь. Получается только «шпалой» или «каланчой»… Нужно торопиться, но ноги почему-то плохо ее слушаются. Может потому, что она в отражении увидела Сашу. Это красивый черноволосый мальчик из параллельного 6А. Он ей давно нравится. Пару раз он улыбнулся ей в школьной раздевалке, а однажды, даже помог надеть пальто… Сейчас он кричит громче всех и кидая снежки метит прямо в лицо. Это очень обидно. За что он так с ней? Она закусывает губу и упрямо, не поворачиваясь и не отвечая на крики, идет вперед. Снег забивается за воротник и попадает под куртку медленно тая на спине. Кристина чувствует, как холодные струйки талой воды медленно текут вниз. Слезы подступают все сильней. Но она не плачет, а упрямо идет мимо витрины-зеркала, в которой ее лицо расплывается мутным пятном. * * * Другое зеркало. Потертая овальная рама. В углу зеркала трещина, а наверху наклейка, вырезанная из старого журнала. В комнате пахнет супом, старыми обоями и еще чем-то древним, и затхлым. Мать — школьная учительница по английскому, сидит на стуле напротив и поправляет очки. — Повтори спряжение неправильных глаголов — строго говорит она. — To go — went — gone. To eat — ate — eaten. — уныло бубнит девочка. Она смотрит в старый исчерканный карандашами и ручкой учебник. Он ей достался в школьной библиотеке и, после предыдущих хозяев, ей пришлось долго закрашивать непристойные картинки и матерные слова ручкой. Теперь в этом учебнике вместо них выделяются большие синие квадраты и прямоугольники. Девочка старается не смотреть на дверь. Там в коридоре грузно топают тяжелые неровные шаги. Как-будто того, кто идет, кидает из стороны в сторону. Потом громко хлопает дверца шкафчика на кухне. Слышен стеклянный звон, а потом бульканье наливаемой жидкости. Отчим сегодня вернулся рано. Снова тяжелые неровные шаги. Мать тоже все это слышит, но только поджимает губы в тонкую ниточку и никак не реагирует, не желая выходить из комнаты. Дверь распахивается и в комнату, заплетаясь в ногах, вваливается отчим прямо как пришел с улицы — в куртке и грязных ботинках. Он щурит мутные глаза. — А-а-а… Англичанки херовы… Фэйсом бы вас да об тэйбл… Расселись тут как вороны, а дома жрать нечего… Мать встает и пытается увести отчима обратно на кухню. Она приготовила ужин, но тот с пьяных глаз не увидел. А может и увидел, но все равно решил выступить. Отчим отталкивает мать. Девочка в страхе замирает и учебник выскальзывает у нее из рук. — Кристина иди к себе в комнату, — быстро говорит ей мать. Девочка подхватывает упавший учебник с пола и бежит к себе в комнату. На секунду она ловит свое отражение — затравленные глаза, бледные губы. Она сейчас ненавидит всех. Себя, мать, алкаша отчима. А тот кричит на мать в коридоре. — Сучка! Только своей малолетней шалавой и занимаешься, а на мужа совсем болт забила… * * * И снова зеркало. Большое, в полный рост. Это старое трюмо в большой комнате, где они иногда принимают гостей. Здесь мало мебели и много места. Кристина в спортивном купальнике. Купальник черный с серебряной полосой на боку. Ей уже четырнадцать, и она готовится к областным соревнованиям. Художественная гимнастика кажется единственное место, где она не дылда, не каланча, а стройная, гибкая и красивая. Она отрабатывала поворот «журавль» — Рука вверх, нога назад. Взмах, задержаться на три счета. |