Книга Отморозок 11, страница 49 – Андрей Поповский

— Все в порядке. Окна закрыты, никаких проблем нет. И с тебя, кстати, «Мишки на Севере».

— Спасибо Юлечка. Будет тебе два килограмма мишек. — отвечаю ей и кладу трубку.

Мне сейчас немного стыдно, потому что, скорей всего, Юля получит свои конфеты еще очень не скоро, если вообще получит…

Мне еще нужно позвонить знакомому мужичку, который живет как раз напротив моего кафе. Он, когда я еще только открывался и делал ремонт, ставил мне в кафе сантехнику и с тех пор, я всегда обращался к нему, если возникали проблемы по этой части. Набираю его номер.

— Доброе утро Яков Павлович. Это Юра с «Улыбки».

— Какое-ж оно доброе Юра. — слышу чуть надтреснутый голос сантехника — Этой ночью твое кафе сгорело. Тут и пожарные были и милиция. Я тоже выходил посмотреть. У тебя там все внутри выгорело. Хорошо, что на соседние здания огонь не перекинулся. В общем вот так. А ты сам-то где?

— Какой ужас, Яков Павлович. Наверное, короткое замыкание было, давно надо было проводку проверить. — говорю ему, а у самого внутри поднимается знакомое чувство холодной ярости. — Я как раз уехал на некоторое время и пока не вернусь. Но я попрошу друзей, и они все починят. Если что, то по сантехнике к вам можно будет обратиться?

— Обращайся, Юра. Жаль, что так вышло.

— А уж как мне жаль — отвечаю, и кладу трубку.

Выхожу из переговорного пункта, и в раздумьях иду вниз по улице. В принципе, после моего вчерашнего разговора с Гурамом, это было вполне ожидаемо. Поэтому, я и снялся так быстро. Он решил сделать первый шаг и лишил меня кафе. Мой дом, он еще либо не знает, либо приберег для дальнейшего восхождения по лестнице эскалации.

Скорее всего — второе. Но у меня, играть с ним в подобные игры, нет ни желания, ни времени. Жаль, конечно, что я потерял безопасную базу в Анапе и Витязево. Теперь, как бы все дальше не пошло, и кафе и дом можно для меня считать потерянными. Не в смысле, что я их потерял насовсем, а в том смысле, что я не смогу ими пользоваться, и придется их консервировать очень надолго, или вообще, сливать по дешёвке.

Решение вступиться за Регину мне дорого обошлось. И все же, если бы вернуть все назад, я бы сделал это снова. Потому, что иначе считал бы себя трусливой мразью. Хорошо еще, что мать уже в Энске. Надо будет ей как-то деликатно объяснить, что в Анапу пока больше ни ногой.

Ладно. Было кафе — нет кафе. Как говориться — бог дал, бог взял. А мне пора подумать о блюде, которое лучше подавать холодным и очень хорошо приготовленным.

* * *

Кабинет в особняке Гурама. Гурам сидит в глубоком кожаном кресле. Гоча стоит перед ним.

— Говоришь, он после пожара не появлялся ни у себя дома, ни в кафе? — спрашивает Гурам.

— Нет. — качает головой Гоча — парни сработали чисто. Выгорело только помещение кафе, на второй этаж и соседние дома ничего не перекинулось. Но зато, в самом кафе теперь нужно все сдирать вместе со штукатуркой, чтобы убрать следы пожара. Там, у нас дежурит машина, около его дома вторая. Но ни там, ни там, он пока не засветился.

— Скорее всего, он испугался и спрятался. Дурачок — презрительно усмехается Гурам. — Там в кафе он был смелым поначалу, но потом, видно понял с кем имеет дело, и решил по тихому свалить. Ничего, еще появится. Никуда он от своего дома и от кафешки не денется. Приползет как миленький, а я ему штраф подниму в два раза. Кто не платит сразу, будет платить в двойном размере.