Книга Отморозок 10, страница 87 – Андрей Поповский

— Идет формирование составов. Маневровые окна забиты, путевая загруженность сейчас повышена. Лето. Не только у вас задерживается груз, молодой человек.

— Я вижу, — сказал Иван. — И все-таки хочу понять, почему именно мой вагон оказался в стороне.

— Я же вам объясняю… — начал было начальник.

— Нет, — перебил его Иван спокойно. — Мне не нужны объяснения и причины. Мне нужно, чтобы вагон ушел со станции в самое короткое время.

Начальник станции заметно напрягся.

— А вы, простите, кто такой вообще?

— Тот, кому нужен этот вагон в составе на Энск сегодня. Если ты хочешь продолжать здесь работать, а не отдохнуть пару недель в больнице, то это так и будет.

Начальник станции затравленно замолчал. Взгляд у него непроизвольно метнулся к телефону.

Иван это заметил.

— Хочешь позвонить? Звони. Разрешаю, — сказал он. — Только сразу тому, кто тебя попросил наш вагон в тупик отогнать. Зови его сюда. Так быстрее будет.

Начальник станции уже окончательно понял, что добром это не кончится. Он поднял телефонную трубку и начал нервно накручивать на диске номер. Рука у него была влажная от пота.

— Роман? Тут к тебе приехали… Хотят поговорить по вагону который поставили в тупик… Да. По тому самому вагону. Да. Понял.

Он положил трубку и, не глядя на Ивана, тихо сказал:

— Сейчас ребята подъедут. Разберемся с вашим вагоном.

— Это правильно, — кивнул Иван.

Он все-таки сел на стул, закинул ногу на ногу и стал ждать. Начальник сделал вид, что работает с документами. Но на самом деле он не мог ни о чем думать, кроме как о предстоящем разговоре. Роман, конечно, парень крутой, и умеет уговаривать, но уж слишком его пугает сегодняшний гость.

* * *

Местные приехали минут через пятнадцать. Сначала в приемной послышались препирающиеся громкие голоса, а потом, дверь резко открылась и в кабинете появился Роман. Вошел не один, а с тремя своими парнями. Сам — высокий, плотный, в фирменных джинсовой рубашке и джинсах, с золотой цепочкой на могучей шее. У Романа было лицо которое обычно бывает у людей, поверивших в собственную неуязвимость. Его люди были примерно той же породы — крепкие, коротко стриженные, с наглыми мордами и слишком размашистыми движениями. Миша и Сергей вошли следом и молча остановились у двери, закрывая выход.

Роман вошел в кабинет как хозяин.

— Ну? — спросил, переводя взгляд с начальника станции на Ивана. — Кто тут у нас торопится?

Иван даже не встал.

— Я тороплюсь, — сказал он. — Потому, что мой вагон должен уйти в Энск. Сегодня.

Роман криво усмехнулся.

— Твой?

— Мой.

— А здесь, братуха, свои порядки. Через узел просто так ничего не ходит. Это теперь моя тема, и я на ней сижу.

— Я заметил, — сказал Иван. — Поэтому и пришел спросить, с каких пор какой-то местный хрен решает, какой вагон куда пойдет, а какой останется.

У одного из людей Романа сразу дернулась голова. Сам Роман улыбаться перестал.

— Ты слова-то выбирай, братуха, — сказал он уже жестче, угрюмо сверля глазами Ивана. — А то так без и зубов можешь остаться.

— А ты чего, стоматолог? — ухмыльнулся Иван, и легко поднялся со стула.

Начальник станции сидел за своим столом, весь потный от страха, и уже жалел обо всем на свете. Особенно о том, что когда-то решил быть умным и полезным сразу всем.

Роман подошел ближе и уперся глазами в глаза Ивана.