Книга Варвара Смородина против зомби, страница 25 – Георгий Ланской

Ах да! Дохлая корова!

Местные на эту часть берега не ходили, предпочитая пляж и причал. Неизвестный должен об этом знать. Здесь он не рисковал быть застигнутым. Труп вытащили на берег, подняли наверх и бросили у дороги.

Зачем?

На этот вопрос у меня не было ответа. По мне, покойника проще всего утопить в реке. А что: привязал к ноге Сенину гирю, и – бултых! Однако кто-то потрудился втащить наверх труп двухлетней давности.

Не понимая, для чего неизвестному такие сложности, я ворочалась с боку на бок и вдруг услышала приглушенные голоса. Скорее всего, Пряников опять пришел на совещание. Решив, что они наверняка сболтнут что-нибудь интересное, я выскользнула из постели и на цыпочках вышла из комнаты, остановившись в коридоре.

— Не понимаю, как покойник мог так хорошо сохраниться, – прогудел Пряников. – Фомичев утонул два года назад. Хотя сейчас я думаю, что он просто где-то скрывался, а утонул только сейчас. Экспертиза показала – в легких вода. Но почему он на глазах разлагался? Мистика какая-то…

Я мысленно кивнула. Правильный вопрос. Я тоже подумала, что Фомичев был жив все это время.

— Да никакой мистики, – неожиданно ответила бабушка, и я едва не икнула от удивления. Не ожидала, что она участвует в совещаниях. Что-то зашелестело, зашуршало. – Вот, Леша, сюда погляди. Понял? Это все объясняет.

Воцарилась тишина. Я сгорала от любопытства. На что смотрел Пряников?

— Да, Анфиса Леонидовна, вы меня прямо уели сейчас, – медленно произнес Пряников. – Это ж надо додуматься! Я бы никогда не сообразил. Снимаю шляпу. Как вам это в голову пришло?

— Образование, Леша, – рассмеялась бабушка. – Я ведь хорошо училась и работала хорошо, хоть и недолго. Ну, и природа у нас… своеобразная.

— Анфиса молодец, – одобрительно сказал дед. – Я вот не сразу понял. А она сообразила.

Черт побери! У меня даже зубы зачесались от нетерпения. Что же они такое поняли?

— Ивана завтра будут хоронить, – вздохнула бабушка. – Какое испытание для бедной Машеньки – второй раз сына оплакать.

Я стояла не дыша. Похороны! Ну, конечно! Скорее всего, именно там удастся выведать побольше. Нужно только узнать, где они будут проходить, а потом явиться с независимым видом.

— Варвара! – вдруг строго сказал дед. – Ты чего опять пристроилась? Ну-ка, иди сюда.

Он через стенку видит, что ли?

Я вышла, изобразив смущение, которого не чувствовала. Дед, бабушка и Пряников уставились на меня с недоумением и чем-то, похожим на подозрение.

— Ты чего по ночам как лунатик бродишь? – нахмурился дед. – Почему не спишь?

— Я в туалет пошла, – призналась я.

— Туалет в другом конце дома.

— А по дороге есть захотела, – нашлась я, восхищаясь придуманным доводом. Против голодного ребенка не попрешь, его как минимум должны пожалеть.

— На ночь есть вредно, – отрубил дед, но бабушка всплеснула руками.

— Что ты набросился на ребенка? – возмутилась она. – В ее возрасте можно есть когда угодно, и так кожа да кости. Вот, Варенька, возьми бутербродик. Чаю налить?

Я согласилась на чай, уселась за стол и, поедая свой поздний ужин, беззаботно болтала ногами, попутно исследуя кухню на предмет того, что они могли рассматривать. Стол оказался практически пуст, только под рукой Пряникова лежала книга в серой обложке. Я впилась в нее взглядом, и он, кажется, это заметил, потому что торопливо подвинул ее к себе, повернув обратной стороной. Но, к сожалению для него, сделал это слишком поздно, я успела прочесть название.