Книга Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?!, страница 34 – Валерия Блэк

Я села на вчерашнее место.

Минуты через две из сада послышались голоса.

— Осторожнее!

— Бабушка, я держу.

— Ты держишь криво.

— Оно прямое.

— Потому что я выровняла.

Я повернула голову.

По дорожке от зимнего сада шли Тамара Павловна и Глеб.

Он нёс длинную деревянную полку и коробку с креплениями, зажатую под мышкой. На нём были серые спортивные штаны и белая футболка, рукава которой плотно облегали плечи. Волосы ещё не были уложены и падали на лоб.

Тамара Павловна шла рядом с тростью и контролировала процесс.

— Доброе утро, Тамара Павловна, — поздоровалась я, когда они подошли к террасе.

— Доброе, Лизочка. Вы уже видели, как мой внук работает руками?

Я перевела взгляд на Глеба.

Он остановился у ступеней.

— Бабушка.

Я спрятала улыбку за чашкой.

— Пока только вижу результат.

— Хороший ответ, — одобрила Тамара Павловна.

Глеб поднялся на террасу, поставил полку вдоль стены, а коробку с креплениями опустил рядом.

— У меня ощущение, что вы объединились раньше, чем планировалось.

— Мы с Тамарой Павловной просто разговариваем.

— Вот именно, — поддержала бабушка. — А ты с утра ворчишь.

Глеб подошёл к столу.

— Меня разбудили в восемь.

— Восемь — нормальное время.

— Для армии.

Тамара Павловна заняла кресло напротив меня.

— В твоём возрасте я в восемь уже половину дел переделывала.

Глеб отодвинул свободный стул справа от меня и сел.

— В твоём возрасте не было интернета.

— Поэтому мы успевали больше.

Я не выдержала и рассмеялась.

Глеб повернул голову.

— Очень смешно?

— Немного.

— Предатель.

— Я вообще-то на стороне здравого смысла.

— Значит, точно не на моей.

Марина Сергеевна вышла на террасу с большой тарелкой сырников.

— Что опять случилось?

— Ничего, мам. Меня коллективно травят.

Она поставила блюдо в центр стола.

— Значит, заслужил.

Тамара Павловна удовлетворённо кивнула.

Я молча положила себе сырник.

Семья Орловых определённо становилась мне всё симпатичнее.

После завтрака Марина Сергеевна ушла звонить сестре, которая обещала приехать во вторник, а Тамара Павловна поднялась из кресла и попросила меня пройти с ней наверх.

— Мне нужен женский взгляд, — пояснила она, поправляя ладонь на рукояти трости.

Я сразу встала.

— Конечно, Тамара Павловна.

Глеб тоже собирался подняться, но бабушка остановила его взглядом.

— Тебя никто не звал.

Он снова опустился на стул.

— Я даже не знаю, куда вы идёте.

— Вот и прекрасно.

Я посмотрела на Глеба.

— Если через час вернётесь с одинаковыми причёсками, я уеду.

— Иди полку прикручивай, — распорядилась Тамара Павловна.

— Я уже прикрутил.

— Найду вторую.

Я снова спрятала улыбку.

Мы вошли в дом и поднялись на второй этаж. Тамара Павловна шла первой, трость негромко постукивала по деревянным ступеням.

На площадке она повернула в другое крыло, где я вчера ещё не была.

Коридор здесь был короче, на стенах висели семейные фотографии. На одной Глеб лет десяти стоял возле бассейна с таким недовольным лицом, будто его уже тогда заставляли участвовать в семейной жизни против воли.

Я замедлила шаг.

— Это Глеб?

Тамара Павловна остановилась рядом.

— Он самый. Тогда решил нырнуть в бассейн в новой рубашке.

— Зачем?

— Проиграл спор двоюродному брату.

Я посмотрела на фотографию внимательнее.

— Что-то в его характере всё-таки не меняется.

— Вот поэтому я и надеюсь на вас.