Книга Диагноз: Раздевайся, Даша!, страница 38 – Харли Напьер

Я буквально ощущала физически, как зал затаил дыхание. Оттолкнулась со всей силы, взмывая в высь. Мимолетный момент невесомости, прежде чем приземлиться с мягким контролируемым стуком на ребро конька. Мир перед глазами смазался. Раз... Два... Три... Четыре... Выход. Удар моего сердца. И нога приземлилась на лед.

Зал взорвался аплодисментами. А у меня на лице расцвела улыбка. Получилось! Грязновато, но я это сделала. Доказала, что рано меня списывать со счетов, что могу составить конкуренцию молодым.

Последние аккорды и я замерла, заканчивая. Зрители свистели и кричали в знак одобрения. Это была оглушительная симфония признательности.

Поклонившись, быстро погладила рукой лед. Благодаря его за поддержку, за то, что помог выплеснуть все эмоции и не дал упасть.

После покатилась к бортику, а громовые овации все продолжались.

— Даша... – Ирина Петровна стояла с моей толстовкой и смахивала с глаз слезы. – Это было... Так глубоко. Так красиво. У меня мурашки все выступление по телу. А прыжок? Как ты это сделала?

— Спасибо, – кивнула я, надевая чехлы на лезвия коньков.

— Посмотрим оценки. Филатову, конечно, не обогнать, но думаю...

Я не слушала ее, смотрела на монитор и просто ждала оценки. Мне как-то было неважно, какая она будет, внутри я знала, что сделала все и даже больше. Сама себе доказала многое.

— Смотри, – возликовала рядом тренер. – Были помарки, но смотри за артистизм сколько. Их тоже пробрало. Даша! Это второе место!

— Надеюсь, не проплаченное Борзовым, – хмыкнула я, забирая у нее свою толстовку и направляясь в раздевалку.

— Не говори ерунды. Ты куда? Еще награждение...

— Я знаю. Мне нужно позвонить, – бросила ей, не оборачиваясь.

Второе место... Впервые вкус победы был горьким и не радовал. Мне срочно требовалось поговорить с Назаром и все выяснить. Порадуюсь своим заслугам на пьедестале.

Назар

Казалось, против меня сговорился весь мир. Мало того, что в больнице был плотный график, словно все пациенты враз решили обратиться в наше отделение, разрывая мой телефон. Так ещё половина сотрудников заболела, а часть ушли в отпуск, и остался я с этим дурдомом один на один.

Ни черта было непонятно, как я должен был это разгрести. Плюсом ко всему, отец усугубил все новостями о том, что заболел гриппом. И ладно бы он попросил лекарства и лимоны. Нет же.

Он упросил присутствовать на собрании акционеров и проголосовать за него, а потом еще и мотаться за него по министерствам.

Я бы в привычной мне манере отказал ему, да только понимал, что такой грубый, стоический человек, как он, редко просил о чем-то. Значит чувствовал себя старик действительно хреново. И я не смог отказать.

Злился, сжимал зубы и двигался дальше. Самое поганое было то, что жертвовал я отношениями с Дашей. Вместо того, чтобы приехать к ней и поддержать, бегал по больнице и городу, как в жопу ужаленный.

А я ведь так соскучился по ней. С нетерпением ждал неделями нашей встречи. Представлял, как обниму свою Дашку, как поцелую ее сладкие губы, уткнусь носом в ее волосы, а после...

Но и здесь все испортил мой отец. Сначала заявил о том, что всей нашей семье нужно присутствовать на каком-то лживом и пафосном мероприятии, а после упрашивал свозить маму к онкологу. Родители какого-то хрена поставили ей рак молочной железы по статьям в интернете. Идиотизм.