Книга Друг отца. Под кожей греха, страница 145 – Anna

И наконец, в-третьих, Зои расскажет лишь часть правды о том, как именно я связан со всей этой грязью прошлого.

Анастейша уже и так вспомнила тот эпизод, когда я пытался остановить Зои. Пусть пока не детально, пусть ещё не связала его со мной.

Для неё это был всего лишь мужчина — голос, тень в памяти. Но и этого оказалось достаточно, чтобы во мне зародился настоящий страх.

Страх, что она узнает, кем на самом деле был тот мужчина.

Чёрт.

Я много раз хотел ей признаться.

Не импульсивно. Не на эмоциях. Осознанно. Но каждый раз останавливался.

Глядя на женщину, которую люблю, я слишком ясно понимал: правда может разрушить всё, что между нами есть.

Потому что тогда Анастейша уже никогда не посмотрит на меня так, как раньше.

И я не уверен, что после этого она вообще останется.

Когда наступил вечер, я больше не мог молчать.

— Анастейша.

Она, конечно же, проигнорировала меня — это было ожидаемо. Даже не посмотрела в мою сторону, упорно создавая видимость полной сосредоточенности на работе.

— Хватит делать вид, будто меня здесь нет.

Она фыркнула без злости, словно намекая, что мне следует постараться гораздо лучше.

— Ты не забыла, что завтра съёмка?

И, о чудо, мне удалось завоевать её внимание.

— По-моему, ты был против. Как, впрочем, и всегда…

Да, так же, как и сейчас. Но это было единственное, что пришло мне в голову, чтобы хоть как-то её задобрить. Возможно, съёмка поможет ей забыться.

— Заметь, я не говорил, что против.

Она слабо улыбнулась, медленно подошла ко мне и, слегка похлопав по плечу, с лёгкой иронией в голосе сказала:

— Но по твоему лицу всё было предельно ясно.

Я не удержался: схватил её за талию и притянул к себе ближе..

— Просто не хочу, чтобы кто-то смотрел на тебя так, как смотрю я.

Анастейша резко обвила мою шею руками, прижимаясь вплотную. В её взгляде вспыхнул огонь — такой же, как прошлой ночью.

— Поцелуй меня… и возьми прямо сейчас, на этом столе.

Её желание для меня — закон.

Анастейша

На съёмку Адриан, разумеется, поехал со мной. Он уверял, что будет сидеть тихо и не вмешиваться в процесс. Я знала, что на деле его обещание будет носить лишь формальный характер.

В студии нас встретил ассистент миссис Вандерлайн. К большому сожалению, сама миссис Вандерлайн не смогла присутствовать на съёмке из-за срочной командировки в Лос-Анджелесе.

Студия оказалась почти такой, какой я её представляла, собирая образ по отдельным кадрам из фильмов: просторная, с высокими потолками и мягким светом, который отражался от белых стен.

Меня проводили в зону подготовки. Визажисты и стилисты двигались уверенно, их руки скользили по коже и волосам с точностью, отточенной годами практики.

Адриан устроился в углу, скрестил руки и внимательно окинул взглядом помещение. Его цепкий взгляд фиксировал каждую мельчайшую деталь. Особенно пристально он следил за фотографом — сразу стало ясно, что тот ему не нравится. Причина была очевидна: Адриан рассчитывал на женщину-фотографа, и когда ситуация сложилась иначе, это сразу отразилось на его настроении.

Я поймала себя на мысли, что благодарна хотя бы за то, что выбранные образы оказались сдержанными, не слишком откровенными. Иначе шума было бы гораздо больше. Даже страшно представить, чем всё могло бы закончиться.

Ко мне подошёл фотограф. На его лице была тёплая и дружелюбная улыбка, но при этом она оставалась в рамках профессионализма.