Книга Лепестки на волнах, страница 31 – Anna

Наемник, ослепленный болью, раскрылся, этого было достаточно для Блада. Его клинок пронзил правый бок Тени снизу вверх. Из спины наемника показалось окровавленное острие шпаги. Темная кровь хлынула у генуэзца изо рта, и он упал замертво.

— Вы проиграли Божий суд, дон Мигель, – тяжело дыша, сказал Блад.

Тогда, издав нечленораздельный вопль, де Эспиноса кинулся на него.

Рана, нанесенная Тенью, была глубже, чем Питеру показалось вначале, и ему пришлось переложить шпагу в левую руку. Де Эспиноса бился с самозабвенной яростью и смог потеснить его, и тогда Блад ответил яростью на ярость, сжигая все силы и больше не думая о защите. В какой-то момент дон Мигель потерял равновесие. Он услышал отчаянный крик Эстебана. А потом время замедлилось. Де Эспиноса увидел, как сверкающий клинок летит к его груди и это было… правильно.

Он почти не почувствовал боли, только небо качнулось перед глазами…

— Питер! Остановись, не убивай его! – сквозь шум в ушах де Эспиносы пробился голос Арабеллы. – Ради нашей любви! Прошу тебя!

Зрение уже застилал туман, но дон Мигель увидел, как она подбежала к Бладу, и тот медленно опустил занесенную для последнего удара шпагу. Дон Мигель перевел меркнущий взгляд на лицо Арабеллы. Как она прекрасна!

— Напрасно… – прохрипел он. Из-под его пальцев, судорожно зажимающих рану, обильно струилась кровь, окрашивая песок в цвет кармина: – Так было бы лучше, mi chiquitina… для всех.

Его люди, глухо ворча, надвигались на Блада.

— Не трогайте их… Высший Судия высказал свой вердикт… – де Эспиноса устало смежил веки, его рука бессильно соскользнула с груди.

— Но есть еще и я! И кровь моего отца взывает о мщении! – крикнул Эстебан. – Я не дам тебе уйти!

— Дик, ты уверен, что наш индейский друг понял все, как надо? – Волверстон с большим сомнением разглядывал невысокого гибкого юношу. – Этих малюток он должен бросить сразу после того, как услышит, что мы начали атаку. И чтобы не перепутал корабль! И не дай ему Боже подмочить запалы!

Хейтон мученически закатил глаза:

— Нед, он понял.

Они стояли на небольшом уступе. От вражеских глаз их надежно укрывала скала. Отсюда было хорошо видно высаживающихся на берег испанцев и убирающий паруса «Феникс». На земле, у подножия скалы, лежали две гранаты, тщательно упакованные в вощенную ткань.

Индеец что-то насмешливо проговорил на своем певучем языке.

— Быстрый Олень призывает Человека-Гору сразиться с… э-э-э демонами тревоги и нетерпения, – перевел Хейтон и добавил уже от себя. – Успокойся, Нед.

— Вот сопляк! Молод еще – учить меня… – огрызнулся ничуть не успокоившийся Волверстон и тяжко вздохнул.

Еще две недели назад он и представить не мог, что кинется на помощь человеку, с кем, как ему казалось, их дороги разошлись навсегда…

…Нед Волверстон задумчиво созерцал ром на дне своей кружки, в голову лезла всякая чушь. Питер сказал бы ему, что он размышляет о превратностях судьбы… К черту! Волверстон сплюнул на грязныйпол. Он сидел за изрезанным ножами и кинжалами столом. Заведение было не самого высокого пошиба, куда ему до знаменитой на всю Кайону таверны «У французского короля»! Но Нед избегал там появляться. С тех самых пор, как… Ну вот опять! Его мысли упорно возвращаются к тому, о чем он думать не желает. Пойти, что ли, восвояси. Или найдется здесь отзывчивая красотка, которая за звонкую монету согласится выслушивать излияния подвыпившего корсара?