Книга Развод. Жизнь с начала, страница 29 – Надежда Борзакова

С ужасом я поняла, что, скорее всего, знал. И, быть может, даже сам в случае необходимости получал “внимание” понравившейся подчиненной таким образом. все они одинаковые. Предатели, изменщики и мерзавцы. А редкие исключения типа Алика лишь подтверждают правило.

Зверин побледнел. Потом побагровел. И впервые в жизни я видела что значит, когда глаза наливаются кровью. И я хотела еще многое сказать, но слова застряли в горле. Я испугалась его, да.

— То есть ты хочешь сказать, что не спишь с Тархановым, да? — очень хриплым голосом прорычал он.

Я шокировано уставилась на него. Этот вопрос был последним, что я ожидала услышать.

— Нет, не сплю, — выпалила я. — Но он хочет, чтоб было иначе и угрожает. И поэтому я решила уволиться сама.

На последнем слове голос сорвался и я всхлипнула. Нахлынувшая жалость к себе вдобавок к страху грозила обернуться истерикой. Последним, чего я хотела, это начать рыдать перед Звериным, но понимала, что едва сдерживаюсь.

Почему все так в моей жизни? Только нашла работу, только втянулась, только снова обрела любимое дело и себя, так снова случился мужчина, пожелавший все разрушить. Если в случае с Вовой я хотя бы сама его в мужья выбрала, то здесь…

— Лена…

— Демьян Ильич, — всхлипнула я, — я же не сделала ничего плохого. Я просто работать хочу. Снова жизни спасать, помогать. Можно, пожалуйста, вы меня по собственному уволите, а не по какой-то статье. Я вас очень прошу…

Договорить я не смогла. Все же расплакалась. Закрыла лицо руками, содрогаясь от всхлипов. В голове огромными буквами было написано слово “дура”. Ага, сейчас он мне поверит и просьбу выполнит. Конечно…

Крепкие руки сомкнулись на моих плечах и притянули меня к широкой и твердой мужской груди. Осторожно так, нежно, успокаивающе. Меня так папа обнимал давным-давно. И от этого ощущения я сначала застыла, даже перестав плакать, а после разрыдалась еще сильнее.

— Лена, не плачь… те. Вам незачем увольняться, понятно? — сквозь собственные всхлипы услышала я хриплый голос Зверина. — Тарханова я беру на себя. И даю вам слово, что он больше вас не побеспокоит.

— Вы… Вы верите мне? — отстранившись, я неверяще заглянула в лицо мужчины.

То было непроницаемым, застывшим, как маска. Но не злым больше. Просто очень бледным А вот налитые кровью глаза продолжали дико гореть.

— Верю, — он резко убрал руки и отошел.

Стало очень холодно и зябко. Тело снова пробрала дрожь и я обхватила себя руками. Зверин тем временем разорвал листок с заявлением и выбросил клочки бумаги в урну.

— Идите сдавайте смену, Елена Владиславовна, а потом отдыхайте. Не беспокойтесь ни о чем, я все улажу.

— То есть… У меня будет работа? — ахнула я.

Зверин молча кивнул.

— Спасибо, — неверяще прошептала я одними губами.

На автопилоте вышла из его кабинета. И в уборную прошла тоже на автопилоте. Там умылась несколько раз, чтоб убрать следы слез. Не верилось, что Зверин встал на мою сторону. Что поверил моим словам. Что защитит меня. Это казалось фантастикой, сном, иллюзией.

Но было правдой.

Неужели есть шанс, что все и правда будет хорошо?

Постояв еще немного, я все же вышла и направилась сдавать смену. После — в раздевалку и домой, мысленно умоляя всех богов о том, чтоб не столкнуться с Тархановым. К счастью, мне повезло и тут.