Книга Развод. Жизнь с начала, страница 34 – Надежда Борзакова

Но, несмотря на все это, Зверин ни о чем не жалел. В смысле, он не жалел о том, что улучив момент, попытался вырубить бандюков. Прыгнули бы в тачку, уехали бы и что дальше? Его бы грохнули, как пить дать, потом. Да и в общем позволить, чтоб эти сволочи ушли — он не мог. Не после того, как один из них трогал грязными лапами Лену и держал ствол возле ее виска.

Когда в его кабинет влетела перепуганная медсестра с криком, что в приемном покое бандиты, он на секунду растерялся. Не то чтобы Зверин был по жизни пай-мальчиком, нет. Несколько лет занятий борьбой, улица, строгое отцовское воспитание, характер… Но с настоящими бандюками жизнь его еще как-то не сталкивала.

Однако, когда Катя сказала, что у них в заложниках врач Петраш, растерянность сменилась ужасом и лютым гневом. Те затмили разум, вызывая темное желание разрушать. Однако недостаточно для того, чтоб не дать ему набрать ментов, а потом, на бегу в приемное отделение, не придумать как будет себя вести и что делать.

Когда увидел хрупкую фигурку в форме в лапах бандюка, на несколько секунд словил ужас и панику. Потом гнев. А вот потом сумел собраться и все сделать как надо. Спасти ее.

Ну и не дать свалить бандюкам и по зубам им поездить еще. Очень хотелось, да. Примитивное первобытное желание уничтожить тех, кто посмел обидеть его женщину, которому он поддался и ни капельки не жалел об этом даже несмотря на то, что схватил пулю.

И нет, он не успокоился насчет Лены. Даже скорее наоборот. Его бесило то, что не получается ее засунуть в стандартную модель поведения ей подобных. Что она ведет себя иначе. Что она чувствуется иначе в те жалкие украденные моменты, когда они были вместе.

Ну как вместе… Планерки там, редкие необходимости говорить с ней лично по работе. И все, в принципе. Ничего большего не было. Потому что он не хотел на те же самые грабли, а иначе ведь не бывает, это ярко иллюстрировал прошлый опыт.

Но вот вчера все изменилось. Этот момент, когда Лене в голову был направлен пистолет и когда какая-то секунда, одно неловкое движение и все… Ее могло не стать. Вообще. Ни в каком виде не стать. Окончательно и бесповоротно. Этот момент что-то в нем изменил.

Зверин не мог бы сказать, что именно и как так вышло. Зато точно решил другое. Он хочет, чтоб она стала его. И плевать, что там и как будет дальше. Что получится либо не получится. Просто потому, что он не может иначе. Не может и не хочет.

Он мог потерять ее. Да, нельзя потерять то, что не твое, это факт. И все таки…

— Как же ты нас напугал, — рыдала мать. — Демьянчик, сыночек… Разве так можно? Зачем ты полез? А если бы они тебя убили?

— Алесь, не причитай, хватит. Он мужик и поступил так, как должен был. Я тобой горжусь, сын, — отозвался отец.

Эти слова согрели душу. Они окрыляли. Такое от отца услышать это дорогого стоит, особенно с тем, что тот подобным баловал редко. Ему не сильно нравилось, что сын в медицину пошел вместо того, чтоб бизнес развивать. Некрупный, конечно, но все денег побольше, чем платят государственным докторам. А в то, что сын в верхи вырвется Илья Зверин особо не верил. Там протекция нужна, бабки, связи. Тех у него в нужных для дела масштабах не было. И потому Илья считал, что все это пустая трата времени и сил, которые можно было вложить в реальные дела. Но Демьян стоял на своем. До поры до времени. До жены и ее измены. В тот момент он, чего греха таить, иногда думал что надо было бизнес мутить. Масштабный. И вот тогда бы…