Книга Несносный босс, страница 38 – Надежда Борзакова

Еда была очень вкусной. А поскольку из-за жары я сегодня практически ничего не ела, здесь, в прохладе, аппетит разыгрался с просто неимоверной силой. Но я сдерживала себя и ела медленно и красиво.

Время летело незаметно. День клонился к вечеру и становилось немного прохладней, особенно возле воды. Расплатившись по счету, Дан взял меня за руку и повел гулять по набережной. По ступенькам мы спустились к самой кромке воды и медленно пошли по каменным плитам, уложенным возле нее. Народу почти не было. Так, небольшая группа подростков сидели скрестив ноги и ели пиццу, запивая колой и несколько парочек прохаживались, как и мы.

Солнце садилось. И воды реки окрашивались розовым. Остановишись, мы принялись смотреть как золотистый диск медленно исчезает с разноцветного неба за гладью воды. Легкий ветерок теребил мои волосы. Было так тихо, что я, кажется, слышала как заколотилось сердце, когда Дан медленно обнял меня за талию со спины и привлек к своей твердой груди. Я замерла, не дыша. Ладошки вспотели и во рту пересохло, словно меня впервые обнял мужчина.

— Не помню, когда последний раз закат смотрел, — хрипло проговорил Дан, щекоча теплым дыханием изгиб моей шеи.

— Почему? — невпопад спросила я.

— Да все работа эта долбанная… Как биоробот существуешь, а не живешь. Существовал. До того, как встретил тебя.

По коже рассыпались мурашки. Сердце сладко замерло в груди. Дан развернул меня лицом к себе и, взяв за подбородок, поцеловал в губы. Осторожно, словно пробуя их вкус, но через несколько секунд уже иначе. Страстно. Жадно. Требовательно. Так, что у меня подгибались коленки и не хватало воздуха. По всему телу разливался жар. голова кружилась. Я плавилась в блаженстве от этого долгого поцелуя, от ощущения крепких рук на своей талии, все сильнее прижимающих меня к мужскому телу. Улетала. В какое-то невиданно прекрасное место, где нет ни лишних мыслей, ни опасений, ни сомнений, а есть только я, Дан, закат солнца, тихое журчание речки и этот летний вечер который останется в памяти на всю мою жизнь.

Наши дни

К счастью, мои опасения в том, что с Тарновского станется забронировать один номер вместо двух не оправдались. Проведенная в молчании, нарушенном лишь несколькими фразами по делу, дорога закончилась для нас у двух соседствующих дверей, ведущих в очень дорогие номера отеля в центре Одессе.

Три большие комнаты — зала, спальня и рабочий кабинет. Ванная размером со спальню в моей квартире, напичканная всем, чем только можно. И все это в лаконичном интерьере в пастельных тонах, выполненном без намека на нарочитую пошлую роскошь, навевающую ощущение, что ночуешь в каком-то дворце-музее.

Но, несмотря на это, мне все равно было страшновато включить ту же плазму, занимающую всю стену в зале или испробовать режимы в гигантской ванне-джакузи. Шикнув на себя за дурацкие опасения, что могу сломать или как-то испортить, я расстегнула “молнию” на чемодане, достала оттуда вещи и развесила их в гардеробной. Самой настоящей, как в фильмах. В просторном помещении, залитом тем самым светом, который всех делает красивыми, мои четыре вешалки, сиротливо висящие в занимающем три четверти периметра шкафу, смотрелись жалко. Три пары туфель — самого обычного бюджетного бренда — тоже. Да и я сама в этом шикарном номере чувствовала себя жалкой и неуместной.