Книга Несносный босс, страница 61 – Надежда Борзакова

— Милая, я у Леньки в тачке копался, грязный весь. Сейчас в душ схожу, — сказал он и исчез в ванной.

Ну и где он грязный? Вроде бы даже на руках ни следа от мазута или чего-то подобного. Шикнув на себя, что не ценю того, с каким вниманием Дима относится к моей любви к чистоте, я пошла разогревать ужин. Разложив его по тарелкам, поставила их на стол, сделала кофе, порезала десерт.

— О, что у нас за праздник? — спросил Дима, заметив десерт.

— Просто решила нас с тобой порадовать, — ответила я.

— Ален… Тебе уже тридцатка скоро. Обмен веществ не тот. Давай не будем налегать на сладости, ок?

— То есть? Я что плохо выгляжу? — обомлела я.

— Нет, что ты, не плохо. Не перекручивай то, что я сказал, пожалуйста.

Больше ничего не добавив, он сел за стол и как ни в чем ни бывало начал есть одновременно рассказывая о том, что было на рынке. А у меня аппетит отбило напрочь да и то, что говорил Дима, пролетало мимо ушей. Я просто сидела и ковыряла собственноручно приготовленную азиатскую лапшу с мясом и овощами и смотрела на то, как мои ляжки расплющились на табурете. Может быть я и правда поправилась и Дима просто стесняется мне про это сказать? Давно же не взвешивалась, а по одежде было не похоже. В какой-то момент улизнула в ванную, в которой были весы. Ну вот, те же пятьдесят два килограмма. Скинув домашний костюм, покрутилась перед зеркалом. Не фитоняшка, конечно. Нет ни модного “ореха”, ни выраженного сухого пресса. Ну а где им взяться, если времени на зал нет от слова совсем? И, если сжать бедро, то апельсиновая корка проступает… Но в целом фигура стройная, не хуже чем раньше. Присмотрелась к лицу. В уголках глаз и носогубных складках обозначились едва заметные заломы. Лицо утратило юношескую пухлость, резче обозначились скулы. Мне двадцать девять. А не двадцать пять, как было, когда мы познакомились. Так ли сильно я изменилась? Может ли быть, что я стала меньше нравиться Диме?

Хотя всего несколько дней назад он устраивал сцену ревности, просил чтоб я не ночевала на работе да и в постели у нас все, как раньше… Вроде бы и причин себя накручивать нет — по всему похоже, что он и правда имел ввиду только то, что сказал, но осадочек все равно остался.

Лена выглядела просто замечательно. Неделя на островах придала ее коже нежное, золотистое сияние, а множество приятных впечатлений от отдыха заставили синие глаза гореть еще ярче и разукрасили скулы мягким румянцем. Сестра была фанатом солнцезащитных средств, длинных платьев и шляпок на отдыхе а так же купания только на рассвете и закате, а потому никаких тебе солнечных ожогов и несчастной сухой коричневой кожи, усыпанной пигментными пятнами.

— А давай ты все же расскажешь, как у тебя дела, Ален? — сказала девушка, когда мы посмотрели все фотографии и видеозаписи с медового месяца и вдоволь налюбовались собой в привезенных Леной с острова нарядах.

— Я же все равно все узнаю.

— Да ничего не происходит, Лен, — отмахнулась я. — Про командировку ты знаешь…

— И этот твой взгляд в сторону тоже знаю. Что твой бигбосс-мудак продолжает доставать?

— Он не мудак…

— М-м-м, — синие глаза сестры загорелись ярче, — это уже интересно.

Застонав, я плюхнулась на диван и закрыла лицо руками.

— Лен, он хочет меня вернуть. И говорит это прямым текстом. А еще он бизнес разделил и с отцом на ножах из-за нашей истории…