Книга Несносный босс, страница 65 – Надежда Борзакова

Моего партнера по танцу, если можно было применить это понятие к быстрому клубному ритму, звали Костя. Это был высокий молодой человек примерно моего возраста с красивыми орехово-карими глазами, русыми волосами, выбритыми в узкую полоской на макушке, и густой ухоженной щетиной. Стильный. Веселый. Вежливый. И танцевал просто замечательно. Настолько, что и у меня получалось это делать вполне сносно просто глядя на него.

Как же давно я не танцевала. До чего соскучилась по простому веселому досугу и легкому приятному общению. Все это могло бы не исчезать из моей жизни, если бы я не цеплялась так долго за идею “семьи” с Димой, которая не несла в себе ничего кроме…

Я не успела додумать очередную грустную мысль, внезапно вспыхнувшую в мозгу потому, что песня сменилась на более медленную. И Костя, как ни в чем не бывало, привлек меня к себе и низко наклонился к лицу. Стало не по себе, как это бывает, когда к тебе прикасается чужой человек.

Но буквально через несколько минут, за которые я убедила себя, что нет ничего странного в медленном танце и более близком контакте, учитывая, что Костя меня не лапа, стало еще более неловко. А именно потому, что за костиным плечом я увидела Тарновского. Злого, как черт и даже страшного из-за того, как скользили по его перекошенному лицу клубные огни.

— Отвали, — сквозь громкую музыку прорвался его рык. Костя сразу так и сделала, разрушив тем самым все впечатление о себе.

А Тарновский шагнул ко мне и словно тисками ухватил за талию.

— Отпусти, — я уперлась ладонями в его грудь.

— Ему можно, а мне нет, да? — рыкнул, касаясь губами моего уха.

— Мы просто танцевали, — я что оправдываюсь?

— Значит теперь ты просто потанцуешь со мной.

Он прижал меня еще крепче. Настолько, что я, кажется, чувствовала каждый рельеф его твердой, прокачанной груди под стильной черной рубашкой с закатанными рукавами, оголяющими мощные предплечья. Свежий аромат туалетной воды, смешанный с личным запахом мужского тела кружил голову. Жар, исходящий от него кружил голову. А в кровь словно внезапно впрыснули втрое больше игристого, чем я уже успела выпить на этой вечеринке.

Наверное именно из-за этого я не успела среагировать, когда мужчина поймал мои губы своими в жадном поцелуе с горько-сладким вкусом. Поцелуе, забирающем дыхание и затыкающем рот мозгу, орущему о том, что я должна оттолкнуть Тарновского и залепить ему пощечину, а не позволять себя целовать, млея от каждого движения твердых мужских губ и наглого языка, вовсю хозяйничающего у меня во рту.

Всего несколько секунд, может быть минуту…

Замычав, я уперлась в мужские плечи, пытаясь отпихнуть его от себя. В принципе с тем же успехом можно было пытаться сдвинуть с места автобус. Или танк.

Но Тарновский почти сразу сам отступил. Поймал мою руку, замахнувшуюся для пощечины и поцеловал костяшки пальцев. Я вырвалась и бросилась наутек, чудом не убившись на каблуках.

Было стыдно до истерики. Да, Дима повел себя как самый настоящий мудак, но это не оправдание тому, что я поцеловалась с другим.

— Алена! А ну подожди! — догнал меня Богдан.

— Отвали от меня, Тарновский! Ну какой же ты гад, а! — завизжала я.

Увидела за его спиной растерянную Стефанию. Она знала, что он приедет? Специально позвала меня, чтоб столкнуть нас? Как-то глупо, учитывая, что и Рома здесь, а значит Тарновский вполне мог застать один из моментов, красноречиво показывающих, что они не “просто друзья”.