Книга Снова моя, страница 66 – Надежда Борзакова

— Ладно, Руслан, мне еще ехать.

— Я тебе такси вызову. Можешь побыть еще немного?

Какой-то надрыв в голосе. От него защемило внутри.

— Могу.

— Может есть хочешь? Что угодно минут за двадцать привезут.

— Или дроном доставят. Час пик все таки.

Он усмехнулся.

— Рукой не дергай-вену порвешь. Не хочу я ничего…

Руслану все равно. Он, спасибо стараясь не дергать рукой, набрал что-то в смартфоне.

— Надеюсь, ты ешь суши.

— Ем. А вот ты как будешь есть? — кивнула на сломанную руку.

Руслан выругался. Не подумал об этом.

— В следующий раз трижды подумаешь, ездить бухим или нет.

— Я не буду, — сказал очень серьезно.

Настолько, что сердце радостно подпрыгнуло в груди.

А потом у него закончилась капельница и привезли суши. За сорок минут, правда, за что от Руслана получил абсолютно в не виноватый в этом помощник.

— Когда-то ты смеялся над теми, кто не умеет есть палочками и использует вилку, а теперь будешь делать так же сам, — сказала я, пододвинув Руслану столик и расставляя на нем суши. — Я, между прочим, три дня училась ими есть, перед тем, как пойти с тобой в суши-бар.

Руслан усмехнулся. Взял вилку левой рукой и стал ковырять ролл. Я подцепила свой палочками и отправила в рот.

— Карма настигла, — сказал он.

— Именно так.

Обмениваясь подначками, мы поглощали суши. А после его водитель отвез меня домой. И все было отлично кроме того, как светилось мое лицо в отражении в зеркале ванной комнаты в моей квартире.

— Спасибо тебе за Руслана, — сказал Никита, когда, после финального утверждения проекта, я провожала его до лифта.

— В смысле?

— Он успокоился, валяется на койке, не зависает в смартфоне, даже таблеточки прилежно принимает. Чудо? Не думаю, — усмехнулся мужчина.

— Я рада, что он выздоравливает. Передай мои наилучшие пожелания.

— Угу, — хмыкнул он. — Приятно было поработать вместе. Уверен, наше сотрудничество будет долгосрочным.

Театрально пропел и шагнул в кабину приехавшего лифта. Повернулся ко мне, помахал рукой и нажал кнопку. Позер, блин. Хорошо, что теперь мы будем общаться по минимуму. Или не будем вообще. Надо это отпраздновать. После работы забегу в супермаркет и куплю себе тирамису. Хоть моя фигура всегда была даже излишне худощавой, я старалась обходиться без десертов.

Позднее, держа в руках заветную баночку десерта, я шагала домой. Представляла, как сейчас наберу ванну, заварю себе кофе, включу сериал и, оставив смартфон в спальне, расслаблюсь. И еще подумаю, отвечать ли на ветровское «спокойной ночи», если он и сегодня пришлет сообщение. На «доброе утро, как дела» ответила. Машинально. Ну, знакомый же человек, в больнице, с травмой. А вот вечером… Пусть думает, что я не одна и мне не до телефона.

Поднялась на этаж. Сунула ключ в замок и только тогда поняла, что что-то не так. Дверь была открыта. А я ее еще и машинально толкнула. И сразу же оказалась в тисках грубых рук, втащивших меня внутрь. Баночка с десертом выпала из моих пальцев на кафельный пол прихожей.

— Пискнешь, прирежу, поняла? — зажав рот ладонью, прошипел в ухо схвативший меня мужик.

Я судорожно задергала головой в знак согласия.

Он затолкал меня в кухню, где за столом сидел второй, усадил на стул напротив. Эти мужики не какие-то наркоманы или алкаши. Нормальная одежда, ухоженный внешний вид. Такие по квартирам с целью грабежа не лазят, а тем более, по таким, как моя.