Книга Предатель. Нелюбимая жена, страница 3 – Надежда Борзакова

— Давай все сделаем по-человечески, Женя? Квартиру эту я тебе оставлю…

— Уйди! Просто уйди, я прошу тебя, Сла-а-ава! — заорала я.

— Хорошо, — глухо сказал он и медленно направился к входной двери.

Обулся. Взялся за дверную ручку. Он уходит. Он, мой Слава, мой любимый, мой муж, сейчас уйдет от меня. Уйдет к другой. К своей бывшей жене, которую, как оказалось, не перестал любить, несмотря ни на что. Несмотря на аборт, несмотря на ее измену, несмотря на меня, на наши два года — не переставал.

Я не могу! Не могу…

— Сла-ава! — закричала я.

Бросилась к нему, рухнула на колени, обнимая ноги.

— Не уходи! Не уходи от меня, пожалуйста, не бросай! — разрыдалась я. — Я люблю тебя! Люблю, Слава! Больше жизни люблю! А она — нет! Иначе бы она не убила твоего ребенка, не изменяла бы. Сла-ава!

— Женя, рот закрой! — он выругался. — Перестань уже унижаться, а? Ну, не поможет! Не могу я, понятно? Не могу! Возьми себя в руки, обрети хоть каплю достоинства, а!

И, оторвав от себя мои руки, просто ушел. И дверью хлопнул.

Я разрыдалась, лежа на полу.

— Лучше бы я не трогала этот чертов телефон, Аль. Лучше бы ничего не знала, честно, — прохныкала я.

— Ты в своем уме, Жень? — воскликнула подруга. — Хотя, это я не в своем уме, если спрашиваю о таком. Ежу понятно — во всем, что касается этого мудака разум твой молчит.

— Аль…, - я всхлипнула.

— Я двадцать пять лет уже “Аль”, Женя, — подруга сделала глоток из пузатого бокала. — А ведь я говорила тебе два года назад. Говорила и не раз. Уговаривала держаться подальше от этого мудака. Потому, что не любит он тебя. Где это видано: только развелся с огромной любовью потому, что уже даже его, осла одержимого, достало как эта телка об него ноги вытирала, и вдруг сразу в тебя втрескался по уши. Да так, что через месяц замуж позвал! Но ты не хотела слушать. Ни меня, ни Вадьку, ни родителей. Никого не хотела. Ругалась со всеми… И вот, что в результате.

Я уже жалела, что позвонила Алине. Да, мы с ней с детского сада дружим. Не разлей вода. Как сестры. Во всем, что не касается Славы. Стоило догадаться, что вместо поддержки получу “я же тебе говорила”… Но оставаться одной в пустой квартире, в которой все напоминало, я не могла. Сошла бы с ума… Сделала бы с собой что-то. Не знаю…

— Та-ак! Ты это прекрати, понятно? — девушка почти уронила бокал на стол. Тот чудом не разбился. — Еще раз такое услышу, Вадьку наберу. А лучше Андрей-Андреича! А, нет, сразу санитаров. Мягкие стены, веселые жидкости. Авось хоть это в себя приведет.

Услышав это я поняла, что сказала вслух какую-то из пронесшихся в голове мыслей.

— Это я так, Аль, — я сделала глоток из бокала.

По венам разлилось тепло. От этого становилось хоть немного, но легче.

— Но Вадьку я все-таки наберу, — Алина потянулась за телефоном. — Пусть найдет этого козла и вправит ему мозги.

— Не надо, — я замахала руками. — Ну, пожалуйста, Аля! Не вмешивай его.

Из-за нашего молниеносного романа и последовавшей за ним женитьбы многолетняя дружба моего старшего брата со Славой едва не разрушилась. Они подрались, потом долго еще не общались нормально. Конечно, со временем все устаканилось. Как ни крути, а мы были семьей. На тот момент мой Вадим уже год как был женат на сестре Славы Лоре. А наша свадьба только укрепила эту связь. Но прежних отношений между ребятами все равно было уже не вернуть.