Книга Стражи, страница 92 – Надежда Борзакова

— Вы почти не разговариваете, не смотрите друг на друга…

— Обычно, это признак антипатии, Катя.

— Вряд ли. Еще немного и между вами начнут летать такие маленькие золотистые искры.

Она погрустнела.

— Юль, если ты не хочешь об этом говорить, – начала я.

— Я не хочу, что б это происходило, – прошептала девушка.

— Макс очень хороший парень, симпатичный….

— В другой жизни я не колебалась бы ни секунды, но с нашей работой. Если его убьют я не смогу, – она осеклась и посмотрела на меня, – Прости, Катя,….

— За что прощать? – я обняла ее, – Разве что за то, что мучаешь моего друга?

— Еще больше он будет мучатся, если меня…. С него Киры хватит.

— А ты думаешь сейчас в случае гибели одного, другой не будет страдать? – уточнила я, – Если отрицать чувства, они просто исчезнут?

Она промолчала и я продолжила.

— Никто не знает, сколько у него времени, Юля. Мы это этого не знаем настолько же, насколько гражданские. И это, пожалуй, наибольшая причина быть счастливым сейчас. Ты не боишься встретиться лицом к лицу с худшими из худших, но боишься быть счастливой.

— Я боюсь его потерять.

— Я тоже боялась, – прошептала Кити, – Но, ни на миг я не пожалела о том, что было между нами. Если б можно было еще хоть раз его увидеть, – ее слеза заскользила по моей щеке.

Включились телефоны. Ехали мы молча. И я не могла бы с уверенностью сказать, чьи руки держали руль: мои или той девочки, которую я так и не смогла похоронить…

— Это не он, – Юра развел руками.

— В смысле «не он»?

— Этот человек не Юрген Мейсон, а Джексон Донованн, официально умерший от передозировки амфетамина четыре месяца назад.

Я просмотрела его досье.

— Пластическая операция?

— Нет, леди, гораздо лучше – изменение ДНК. Той его части, которая «отвечает» за внешность.

— Ах-ре-неть, – Слава присвистнул.

— Доложите Эрику, – я поднялась, – А я поговорю с нашим другом.

Спустившись в комнату для допросов, я приказала привести пленника, уточнив необходимость дополнительных мер безопасности. Вряд ли передо мной суперсолдат, но лучше перестраховаться. Его лицо не выражало никаких эмоций, а может, так только казалось, исходя из отсутствия на этом самом лице даже пары сантиметров без ран.

— Хорошо тебя разукрасили Юрген, или мне лучше звать тебя Джексон? – я присела на стул напротив него, – Просто интересно, что заставляет тебя молчать? Думаешь, «Тауэр» спасет тебя?

Он молчал, глядя прямо перед собой.

— Мало что ли других отбросов на улицах? Они просто поймают другую лабораторную крысу, а может, они уже это сделали? Как думаешь? – я надела перчатки и взяла в руки скальпель, – Что почувствует твоя сестренка, если я немного оцарапаю ее милое личико? – я вывела на планшет фотографию. – Мои люди уже отправились по адресу, придется подождать несколько часов…

— Можете не утруждаться, – проговорил он, – они успели раньше вас.

Семья…Ну конечно, вот как они заставили Донованна работать на них.

— Вот как. Интересно, они оставят твою семью в живых, узнав, что ты у нас? Официально ты все еще в Боготе. – разумеется, я лгала. Они давно мертвы: и женщина и эта маленькая девочка, но мы могли спасти других, – Впрочем, – я взглянула на часы, – через два часа твой самолет уже должен вылететь на Манхеттен. Если б ты признался, мы б еще успели – наши агенты по всему миру….