Книга Я не ваша, босс, страница 6 – Надежда Борзакова

Я понимала. А еще понимала, что если бы избавилась от глупых нарративов прошлого, что психотерапевт это стыдно и “для психов”, то жизнь моя сложилась бы намного лучше.

— А вдруг свой “персик” не найти? — выдавила я.

— Каждый человек сам выбирает, что для него лучше. Очень многие живут с неподходящим для себя человеком из страха не найти подходящего либо остаться в одиночестве. В твоем случае был второй вариант. Но ты сумела пойти этому страху вопреки и разорвать отношения.

— Трудно было поступить иначе, когда он мне в лицо сказал, что больше меня не любит, — я скривилась, вспоминая этот момент.

Очередной скандал из-за ерунды, я в соплях, он, как и всегда в последнее время просто молча наблюдает, словно получая какое-то садистское удовольствие от того, что довел меня. А потом все же говорит, разлюбил, мол.

— Но, если я перестану его “пилить” за то, что спускает деньги на тюнинг машины, пропадает в зале вечерами в будни и с друзьями в гараже в выходные, не уделяет мне время, не хочет снимать квартиру, ибо жалко на это денег, то, может полюбит снова.

Чувствуя, что снова начала заводиться, я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Ты должна понимать, что какая-то другая женщина на твоем месте так бы и поступила. Но это деструктивный, разрушительный для психики сценарий.

— А еще другая ушла бы уже тогда, когда поняла, что яблонька персиков не нарожает, а яблочки кушать не хочется, — пробормотала я.

— Ты, та, которой ты была в то время, не могла поступить иначе, Лера. Это просто невозможно. Павел был твоим первым мужчиной, чуть ли не единственным близким человеком, кроме родителей, ведь друзей у тебя не было, а также неким буфером, между тобой и авторитарным отцом, за которым ты могла наконец-то не бояться действовать самостоятельно. Последнее, к слову, и было одним из факторов, из-за которых Павел позволил себе не занимать в вашем союзе мужскую роль. Разрешив себе после вступления в брак сепарацию от родителей, ты слишком настойчиво демонстрировала свою независимость и самодостаточность. В том числе и от него.

Моя мама учительница литературы. И, конечно же, я выросла на хороших классических романах. И в тех из них, которые о любви, героини как раз и были такими — слабыми и беззащитными, чем меня безумно раздражали. Но получалось, что не будучи хоть сколько-то такой же в жизни, все, что получишь — это возможность все делать самой в браке.

— Сегодня наше время вышло, — объявила Лена еще через несколько минут беседы, — Увидимся уже после праздников.

После сессии мне стало ещё немного легче. Понимание и принятие собственных ошибок, работа с фобиями придавали уверенность в способности изменить свою жизнь к лучшему.

Сегодня тридцатое декабря. В прошлом году мы с Павлом в этот день елку ставили. Раньше не успели из-за работы, а, поскольку эта приятная обязанность была нашей много лет, родители сами не стали. Была ли я тогда счастлива? Теперь и не вспомнить. Наверное, да, от самого факта подготовки к любимому детскому празднику, который сам по себе временно стирает все проблемы и дает надежду, что вот в новом-то году все точно изменится к лучшему. Яблонька начнет плодоносить персиками, ага.

Тридцать первого бы пошли за багетом для бутербродов с красной икрой — обязательно свежим и хрустящим. Один бы съели еще до середины дня и пришлось бы идти за вторым. Сидели бы на кухне с моей мамой, которая готовила бы блюда на новогодний стол, то и дело “кусочничая” вкусностями. А первого января поехали бы на елку на Софиевскую площадь. Фотографироваться и пить кофе. Именно Новый год мы всегда отмечали дома с моими родителями, а на Рождество ездили к его. Для меня эти поездки были мало приятной обязанностью потому, что ни одно семейное застолье в их небольшой убитой квартирке не обходилось без пары бутылок водки на столе и скандала между членами мужниной семьи, вспыхнувшего из-за какого-то пустяка. Они и “на трезвую” редко общались между собой не на повышенных тонах. Как именно я умудрялась в моменты дебошей сохранять стоическое спокойствие, быть вежливой и молча терпеть было для меня такой же загадкой, как и то, что бывшему не было ни капельки стыдно передо мной за такие моменты. Ни разу. Вообще. Хоть сам он, к слову, как-то умудрился не перенять отцовское пристрастие к алкоголю и полнейшую неспособность работать. Да и вообще мало походил на сына своей семьи. По крайней мере, в начале наших отношений он выглядел таким себе добрым и трудолюбивым парнем из проблемной семьи, из кожи вон лезущем, дабы “всего добиться сам”. Ну и безумно в меня влюбленным, разумеется. Подкупающий образ, ага?