Книга Я (не)твоя собственность, страница 16 – Надежда Борзакова

И вышел тихо заперев за собой дверь. Я вцепилась пальцами в умывальник, чтоб не упасть. Закусила губу, сдерживая рвущиеся из груди рыдания. Глупая и наивная часть меня надеялась… На что? На чудесное спасение?

Хорошенько закрепив полотенце на груди, я вернулась в спальню. Там, на туалетном столике материализовался ноутбук. Включила. Зашла в поисковик и вбила «Фрай-компани». Первый же заголовок: «Холдинг «Фрай-компани» объявлен банкротом». Второй, третий, пятый…

— Будь ты проклят, Миша. Будь ты проклят…

Я уронила голову на руки. Этот заплывший жиром мудак развалил бизнес за два года. Именно столько времени прошло с трагической гибели Семена Игнатьевича, его отца. Следующий запрос: «Максим Боев».

Вот он в костюме с иголочки вальяжно развалился в огромном кабинете за столом, вот на каком-то деловом ужине в ресторане, а вот перерезает ленточку у дверей ночного клуба. «Хочу свой потом открыть».

— А этого ты тоже хотел, Макс? — сказала мужчине с ледяными синими глазами, взирающему на меня с экрана ноутбука.

У него везде такой взгляд — холодный, надменный, тяжелый и давящий. С таким подписывают миллионные контракты и разрушают человеческие жизни. Легко. Без Сомнений. Без эмоций.

Одиннадцать лет назад

От того, что отец заставил ехать в больницу к Мише и мириться, было больно и тошно. А еще страшно сталкиваться с тем, кто опоил и едва не изнасиловал, пусть даже случиться это не в машине посреди ночи. Страшно настолько, что хотелось убежать. Желательно к Максу. Вот рядом с ним не страшно ничего.

Однако никуда я не убежала. Ведь разговор — залог отмены домашнего ареста, а Макс пригласил меня завтра на свидание. Мысленно порадовавшись, что дядя Паша останется за дверью палаты, я вскинула голову и вошла в нее. Ни о каком перемирии, конечно, речи не шло. Но пусть только Миша попробует сказать об этом папе. Я тогда… Что именно сделаю «тогда» я оставляла за кадром… Миша стоял у окна и курил. При виде меня быстренько выбросил сигарету и открыл полностью окно.

— Светочка… Как хорошо, что ты пришла.

Вид синяков на его лице напомнил про Макса и от этого я почувствовала себя увереннее.

— Не подходи! — приказала, когда парень сделал пару шагов настречу.

— Све-ет, ну прости меня, — взмолился он, к счастью, остановившись. — Я выпил… А ты такая красивая… Мне крышу снесло. Не хотел напугать. И никогда бы ничего плохого не сделал.

— Подмешать мне что-то в напиток — это «ничего плохого», да?

— В смысле? — он округлил глаза. — Ты о чем вообще?

— Миша, я пью мало и тот вечер исключением не был. А от пары глотков коктейля люди сознание не теряют.

— Господи, Света, — он закрыл глаза ладонью. — Как ты могла допустить, что я на такое способен?

— Нет? — взвилась я. — Не спосособен?

— Опоить дочку Ильи Фрая и попытаться ее изнасиловать? Я что на смертника похож? — уперевшись в меня взглядом, проговорил парень. — Думай головой, Свет. Наркотик элементарно определится в крови даже сейчас. Я наберу медсестру, пусть тебе анализ возьмет, хочешь?

Я опешила. Никак не ожидала… Не могла подумать… Ведь Миша прав. За такое мой отец уничтожит.

— Давай, я звоню, — он взял телефон с тумбочки.

— Не надо.

— Не-ет, давай. Я и так места себе не нахожу, не знаю, как прощения просить за то, что не сдержался… А оказывается, ты думаешь, что я тебя еще и опоил, — в голосе парня была горечь.