Книга Подкидыш из прошлого, страница 40 – Гала Григ

— Арина, — мать присела рядом, — ну мне-то ты можешь признаться. Я ведь Вас двоих выносила и считать умею хорошо. Слишком быстро располнела. Не сходится по срокам.

— Плод большой. Так в консультации сказали. Ясно?! — Арина была близка к истерике. По всему было видно, что ей разговор не по нраву.

— Ну раз ты уверена, то мне больше и говорить нечего. Извини. Вот только от знакомых стыдно. Всё спрашивают, когда вы распишитесь. А я ведь знаю, что Матвей не собирается регистрировать брак. — По щеке против воли Елены Васильевны пролилась слеза.

— Да, не собирается! И плевать мне на все разговоры. Только я все равно своего добьюсь. Тем более сейчас, когда… — Арина заговорщически посмотрела на мать. Раздумывала, посвящать ли ее в свои планы.

— Что сейчас? Договаривай. Что ты опять задумала? Остановилась бы. Вон что из твоих задумок вышло.

Елена Васильевна, не в силах больше сдерживаться, расплакалась. Воспоминание того трагического вечера вызвало образ Ксюши, в глазах которой не было ничего кроме боли и отрешенности.

Комкая нервно фартук, она собиралась вернуться на кухню. Не было сил убеждать Арину в бессмысленности ее притязаний. Невозможно было далее носить в себе раскаяние в содеянном.

Вот уже почти три месяца женщина мучительно взвешивала, чем обернулось ее потворничество капризам младшей дочери. Она потеряла старшую дочь. Но даже такая высокая цена не помогла Арине привязать к себе Матвея. Наоборот, скорее всего ей все-таки так и придется стать матерью-одиночкой.

— Ох, Аришка, Аришка, что же мы с тобой натворили! — горестно воскликнула она.

— Мам, успокойся. Все будет хорошо. Даже не так, все будет в шоколаде. Если бы ты знала, какая жизнь нарисовалась для нас в перспективе, то не размазывала бы слезы по щекам, а улыбалась.

— Ты о чем, Ариша?

— Ты даже представить не можешь, как Матвей богат. Он тщательно скрывал, что получил наследство. Но я-то давно об этом знаю.

— Откуда, Ариша?

— О! Это тайна за семью замками…

— Опомнись, дочка. Даже если это так, то ты к этому мифическому наследству не имеешь абсолютно никакого отношения.

— Да что вы оба заладили! Сейчас не имею. Но сделаю все, чтобы мне досталась приличная доля от лакомого пирога.

Елена Васильевна заметила лихорадочный блеск в глазах дочери.

— Господи, Аринушка, уймись. Тебе сейчас нельзя волноваться.

— Мать, это ты уймись. Я ведь не больна, а всего лишь беременна.

Мать горестно покачала головой:

— Я думаю, ты должна согласиться с решением Матвея. Он непреклонен насчет женитьбы. И тем не менее обещал тебе и ребенку достойное обеспечение.

— Ха! Скажешь тоже. Я не намерена принимать от него подачки. Мне нужно все… И ты мне в этом поможешь.

— Как? Что я могу?…

— Ты должна уговорить Матвея, чтобы он все-таки женился на мне до рождения ребенка. — В ответ на отрицательный жест матери, Арина стремительно подошла к ней, крепко, почти по-мужски, обхватила ее за плечи. И, заглядывая в глаза, злобно прошипела:

— Сделай это для меня. Иначе… Иначе я что-то сделаю с собой! Я не шучу.

— Ариша, что ты говоришь?! Не смей и думать об этом.

Арина ослабила хватку, слегка даже оттолкнув мать от себя. Та отшатнулась. В глазах был страх.

Дочь между тем продолжала:

— Сходи к нему…

— Но Ариша, я ведь пыталась…

— Плохо старалась. Пойдешь. Бросишься в ноги. И будешь умолять. Поняла? Иначе… я сделаю с собой что-нибудь.