Книга Книжный магазин «Булочка с корицей», страница 90 – Лори Гилмор

Ноа сбросил мокрую рубашку (куртку он уже оставил на палубе), и едва Хейзел успела перевести дыхание, как его джинсы тоже исчезли. Он стоял у изножья кровати в одних боксерах и с плетеными браслетами на запястье. Его волосы намокли и в приглушенном свете выглядели темно-каштановыми. Он взял полотенце со скамьи и провел им по волосам, отчего пряди растрепались во все стороны.

Хейзел наблюдала, как сокращаются мышцы его рук и спины, вспоминала, как он двигался, пока доставлял их сюда, в безопасное место.

Она судорожно сглотнула:

— Я забрала всю твою одежду.

Ноа одарил ее кривой ухмылкой:

— Тогда тебе придется самой меня согреть.

Он залез на кровать рядом с Хейзел, и она поспешила поднять одеяло, приглашая Ноа забраться под него. Его кожа оказалась прохладной на ощупь, когда они прижались друг к другу, и она уткнулась лицом в изгиб его шеи.

— По-моему, это слишком большое приключение для меня.

— Нет, – возразил он, зарывшись носом в кудри на ее макушке. – Ты отлично справилась. – Он обнял ее крепче. – Почему ты всегда так недооцениваешь себя, Хейз?

Она отстранилась, чтобы увидеть его лицо. Даже в приглушенном свете Ноа сиял, и от его взгляда ей становилось теплее.

— Ты же Хейзел Келли, черт возьми. Умная. – Он поцеловал ее в щеку. – Забавная. – Поцеловал в другую. – Милая. – В нос. – И безумно сексуальная. – В мягкие и теплые губы.

Она вздохнула, расслабляясь в его объятиях. Казалось, даже шторм утих.

— Тебе не нужна была моя помощь, чтобы все это выяснить, – сказал он.

— Может, и так. Но я рада, что ты был рядом.

— Правда?

— Ты мне нравишься, Ноа.

— Да?

Хейзел улыбнулась, притягивая его ближе и чувствуя, как он откликается на ее прикосновения, даже несмотря на мешковатую одежду на ней.

— М-м-м. Очень.

Так сильно, что она усомнилась, было ли «нравится» подходящим словом. Может, в какой-то момент между пьяным вечером в черничнике и этим безумным штормом чувства Хейзел к Ноа из симпатии превратились во что-то гораздо большее?

В то, на что Ноа совершенно точно не подписывался.

В то, что она непременно оставит при себе, пока не окажется на суше и не разберется с накрывшей ее тревогой. Наверное, это как-то связано с пережитой сегодня смертельной опасностью.

— Ты мне тоже нравишься, Хейзел Келли.

— Правда?

Ей было приятно это слышать. Если она перескочила от симпатии к… чему-то другому… то вдруг и он тоже?

Ноа улыбнулся:

— Да. – Он забрался на нее. – Очень, – и запечатлел это слово поцелуем на ее коже. – Но чтобы доказать это, всю эту одежду придется снять.

Он потянул за огромные штаны, которые она надела, и Хейзел рассмеялась:

— Ты сам велел мне ее надеть!

— Тогда я хотел повести себя благородно.

— А сейчас?

— А сейчас я хочу снять с тебя эти дурацкие штаны, – сказал Ноа, щекоча ее шею, и Хейзел захихикала.

Она помогла ему снять с нее штаны и стянула толстовку через голову. Вместе с одеждой свалились и очки, и Ноа, выпутав их из ее волос, положил их на небольшую полку, встроенную в борт лодки.

— Какое продуманное пространство, – сказала Хейзел, когда он снова притянул ее к себе.

— Да, неплохое.

— Значит, ты жил здесь во время всех своих приключений?

— Во время многих, да.

— Что самое безумное ты видел в жизни?

Хейзел закинула ногу ему на бедро, он же, положив руки на ее ягодицы, притянул ее ближе.