Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 113 – Виолета Рид

Почему-то мне хотелось, чтобы она снова посмотрела на меня своими карими глазами.

— Типичное лето перед университетом с рюкзаком за спиной? – улыбнулась она.

— Нет. Просто ездил с братом в Барселону как турист несколько лет назад.

— И больше нигде не был?

Я покачал головой.

— Как предсказуемо, – шутливо заметила она. – Все американцы, которых я знаю, если и бывают в Испании, то только в Барселоне.

— А разве там есть что-то ещe, что стоит посмотреть, Ракель? – поддел я еe.

— Придурок, – скорчила она гримасу. – И я же сказала, можешь звать меня Рэйчел, если хочешь. Так делают все.

– А я не хочу быть как все.

Мое произношение слегка подзаржавело, но я старался.

Она посмотрела на меня удивлeнно, и я тут же понял, как странно прозвучала моя реплика.

— Мне больше нравится называть тебя Ракель, – уточнил я. – И, честно говоря, мне даже неловко, что раньше я говорил Рэйчел, раз тебе это не нравится. Это неправильно.

Пожав плечами, она достала лакричную палочку из пакетика, лежавшего у неe на коленях.

— Могу называть тебя Гильермо, если хочешь, – сказала она, кусая конфету и весело глядя на меня.

– Э, нет, спасибо. Лучше, когда ты говоришь «Уилл».

Эта фраза повисла между нами на пару секунд.

Сглотнув, она откусила снова, а потом, прожевав, протянула мне пакетик.

— Откуда вообще у тебя эта зависимость от лакрицы? – спросил я, взяв одну палочку.

— Мои родители – стоматологи.

«Вот почему у неe улыбка как в рекламе».

— В детстве мне запрещали сладкое, так что я ела его тайком. – Она ностальгически рассмеялась. – Копила деньги, которые давала бабушка, и, встречаясь с подружками, наедалась лакрицы до отвала. Это мое любимое лакомство. В Испании, кстати, есть обалденная, со вкусом арбуза.

— Вот как. Никогда бы не подумал, что ты из тех, кто нарушает правила.

— А вот… – пожала она плечами, и плед соскользнул с еe спины. У камина стало теплее. – Я полна сюрпризов.

— А с кем ты сегодня разговаривала? – спросил я, откусывая лакрицу.

— С Асуcеной, моей младшей сестрой.

— Ты, значит, старшая?

Она покачала головой:

— Средняя. Старший – Альваро.

— И чем занимаются твои брат и сестра?

— Брат пошeл по стопам родителей, он тоже стоматолог, – ответила она. – А сестра учится на техника лаборатории. А твой отец чем занимается?

— Он тренирует школьную команду по американскому футболу в том же лицее, где работает моя мать. Так они и познакомились. – Не знаю, зачем я это добавил. Вряд ли ей было интересно.

— Правда? – Еe лицо оживилось. – Как романтично!

— Да ты бы даже знакомство на похоронах сочла романтичным.

— Место не важно, – сказала она, подняв лакрицу, будто ручку. – Важно то, что чувствуешь, где бы ты ни был. Кстати… – продолжила она, все еще жуя, – я по-прежнему настаиваю на том, что говорила утром про Нору и Хантера.

Я откинулся назад, уперев ладони в пол, и кивнул: мол, продолжай.

— Нужно сделать больший акцент на моменте их знакомства. Можно написать две главы: одну от лица Норы, другую – от Хантера. – Она машинально коснулась кулона и задумалась.

С небрежным пучком и отсутствующим взглядом она выглядела потрясающе.

Пламя, отражавшееся в еe зрачках, словно манило меня.

И я вдруг ощутил острое желание подвинуться к ней чуть ближе.

— Люди обожают читать, как знакомятся главные герои. – Она перевела на меня взгляд, и я слегка растерянно кивнул. – Им хочется знать, что они подумали друг о друге в первую минуту, что почувствовали. – Она взмахнула левой рукой. – Понравились ли они друг другу или наоборот? Первая встреча многое решает.