Книга «Я тоже» не значит «люблю», страница 169 – Виолета Рид

— Давно ждешь? – спросила она.

— Пару минут.

«На самом деле я здесь уже час, как последний нетерпеливый идиот».

— Как прошел перелет?

— Ну… – вздохнула она. – Мне досталось место у прохода, и мужчина у окна заставлял меня вставать раз сто. Кресло не откидывалось, да еще я сидела на самом последнем ряду, так что я умираю от усталости.

Я посмотрел на часы.

Было десять тридцать вечера, но для неe – половина второго ночи.

— Пойдeм. – Я взял еe чемодан и направился к выходу.

Пока мы шли, я прокручивал в голове одно и то же. Мне очень хотелось удивить ее поездкой в Йосемити, но при мысли о том, что придется посадить ее в машину посреди ночи, не сказав, куда мы едем, я чувствовал себя похитителем. Поэтому я решил сказать все сразу, как только доберемся до машины. Если она откажется ехать, мой план полетит к чертям. Но самое главное – понять, чего хочет она. Меньше всего мне хотелось ставить ее в неловкое положение.

— В итоге ты смогла освободить завтрашний день?

— Да, – кивнула она.

— Отлично. Я хотел бы съездить в Йосемити.

Она удивленно моргнула.

— Это же очень далеко, разве нет?

— Не близко, – признал я.

— И ты хочешь поехать туда, чтобы обсудить свои идеи? – Она посмотрела на меня как на сумасшедшего.

— Вообще-то я забронировал два гостиничных номера на выходные. – Мне показалось важным уточнить про две отдельные комнаты. – Мне нужно побыть на природе, чтобы рассказать тебе о новых идеях, и я думаю, тебе там понравится. Если ты не против, можем выехать прямо сейчас: так завтра у нас будет целый день.

Ракель посерьезнела.

— Ты хочешь провести со мной выходные в Йосемити? – переспросила она.

— Если ты не против, то да.

Она задумалась на мгновение.

— Если я соглашусь… ты не будешь будить меня каждый день в семь утра, чтобы пойти в поход?

— Нет, – рассмеялся я.

— М-м-м… Ладно, тогда да.

Снаружи я остался невозмутимым, а внутри выдохнул с облегчением. Я открыл багажник и дождался, пока она отвернeтся, чтобы наконец расслабить плечи.

«Операция по завоеванию Розового Слона объявляется открытой».

Я провeл рукой по лицу и сложил ее чемодан. Как только распахнул переднюю дверь, услышал еe голос:

— А это что?

Сев в машину, я увидел, что речь идет о коричневом бумажном пакете, который я оставил на еe сиденье.

— Еда, – ответил я и закрыл дверь.

Понадобилось несколько секунд, чтобы настроить в навигаторе маршрут до парка.

— Я знаю, что в самолете тебя кормили, но нам ехать четыре часа, и, когда мы приедем, все уже будет закрыто.

— Ты взял еду, заранее решив, что я соглашусь провести выходные за городом? – удивленно спросила она.

— Ну конечно. С чего бы тебе отказываться от поездки в потрясающее место в компании своего любимого автора? – пошутил я.

Она отвела взгляд и пробормотала:

— Ты не мой любимый автор…

Потом громко вздохнула, и я рассмеялся.

Я тронулся с места, пока она рылась в пакете.

— Моя любимая лакрица и… а это что?

Она опустила козырек, и свет от зеркальца озарил салон.

— Ой, спасибо! – Она не смогла скрыть радость. – У нас дома никогда нет орехов, потому что у Грейс на них аллергия.

Я кивнул, не глядя на нее.

Остановился у шлагбаума, чтобы заплатить. Краем глаза увидел, как она прислонила голову к стеклу и зевнула.

— Если хочешь поспать, я убавлю музыку.