Книга Ты умрёшь, если вспомнишь меня, страница 9 – Александра Ветрова

— Аня! Стой!

Но я не остановилась.

Я вылетела на улицу и увидела машину — белую, незнакомую, которая стояла у тротуара. Из открытого окна высунулась женщина с короткой стрижкой и тревожными глазами.

— Аня! Сюда!

Я добежала до машины, открыла дверь и ввалилась на заднее сиденье. Катя нажала на газ, и машина рванула с места.

Я обернулась и увидела, как из подъезда выбегает Максим. Он стоял под дождём, провожая меня взглядом, и на его лице не было ни злости, ни отчаяния. Только… пустота. Та самая пустота, которую я видела у него в глазах секунду назад.

Машина свернула за угол, и он исчез из виду.

Я откинулась на сиденье, закрыла глаза и позволила слезам наконец потечь.

Я не знала, где я. Я не знала, кому верить. Я не знала, жива ли я на самом деле.

Но я знала, что теперь я в безопасности.

Хотя бы на мгновение.

Катя вела машину молча, и только когда мы выехали на шоссе, она тихо спросила:

— Ты в порядке?

Я покачала головой.

— Нет, — сказала я. — Я не в порядке. Но я хочу понять, что происходит. Расскажи мне всё, что знаешь. Пожалуйста.

Катя вздохнула и посмотрела на меня в зеркало заднего вида.

— Это долгая история, — сказала она. — И она тебе не понравится.

— Я готова, — ответила я. — Говори.

И она начала рассказывать.

Машина неслась по мокрому шоссе, и дворники с монотонным скрипом разгоняли потоки воды по лобовому стеклу. Город оставался позади — серый, дождливый, полный теней, которые, казалось, тянулись за нами, пытаясь настигнуть, схватить за горло и утащить обратно в ту квартиру, в ту жизнь, которую я не помнила. Я сидела на заднем сиденье, вжавшись в угол, и слушала голос Кати. Он лился ровно, но в нём слышалась дрожь — она тоже боялась. Боялась того, что знала. Боялась того, что рассказывала мне.

— Мы познакомились на первом курсе филфака, — начала она, не отрывая взгляда от дороги. — Ты тогда носила чёлку до бровей и вечно теряла зачётку. Я помню, как ты вбежала в аудиторию на пять минут позже, с красными от слёз глазами, потому что твой парень бросил тебя прямо перед экзаменом. Ты сказала, что это конец света, а я рассмеялась и дала тебе жвачку. С тех пор мы и подружились. Десять лет. Ты была моей лучшей подругой. Мы делили на двоих всё — от пиццы до секретов. Я знала о тебе больше, чем ты сама.

Я слушала, и где-то в глубине души просыпались смутные образы. Университетская аудитория с высокими потолками и запахом мела. Парта, на которой я рисовала цветочки, пока лектор бубнил о Достоевском. Чьё-то лицо — смеющееся, с короткой стрижкой и веснушками на носу. Катя. Я почти видела её. Почти помнила. Но стоит мне сосредоточиться, как образ ускользал, растворялся в тумане, оставляя лишь чувство тёплой ностальгии.

— Потом была авария, — продолжала Катя, и голос её стал жёстче. — Полгода назад. Ты ехала на работу, и какой-то идиот на «БМВ» вылетел на встречную полосу. Ты успела уйти в кювет, но врезалась в дерево. Тебя доставали из машины спасатели два часа. Врачи сказали, что это чудо. Ты выжила, но получила травму головы. Сильное сотрясение, отёк мозга, несколько недель в коме. Когда ты очнулась, ты почти ничего не помнила. Не помнила, где живёшь, кем работаешь. Ты смотрела на меня и не понимала, кто я. А потом пришёл он.

— Максим? — переспросила я, и сердце моё сжалось.