Книга Первый мороз. Книга 1, страница 132 – Чжу И

Позже, когда Вэнь Ифань вместе с семьей дяди переехала в Бэйю и перевелась в новую школу, она думала, что их связь с Сан Янем оборвется окончательно. Но вскоре она начала получать от него сообщения с результатами его тестов. Эти сообщения приходили регулярно. Снова и снова, с небольшими промежутками.

После Сан Янь стал иногда, на праздники или в выходные, приезжать в Бэйю, чтобы увидеться с ней. Это происходило не слишком часто – максимум раз в месяц, и каждый раз перед приездом он заранее спрашивал у нее разрешения.

Они всегда ходили в одну и ту же лапшичную. Это было маленькое простенькое заведение, а лапша там была самой обычной, без каких-либо особенностей, поэтому клиентов всегда было немного. Каждый раз, когда они туда приходили, в зале оказывалось пусто – только хозяин сидел за кассой и смотрел телевизор.

Со временем хозяин запомнил их двоих, и им даже не нужно было подходить к нему и делать заказ: только заметив ребят, он тут же вставал и шел на кухню, оставляя их наедине.

После тех слов, которые она сказала в тот день, Сан Янь стал говорить с ней гораздо меньше. Внешне он все так же держался уверенно, с его привычной надменностью, но в его поведении появилась некоторая осторожность, которой раньше никогда не было.

Будто придя к некоему соглашению, они никогда больше не упоминали тот телефонный разговор.

Чжун Сыцяо, которая никогда раньше не видела, чтобы Вэнь Ифань злилась, была искренне заинтригована:

— Что ты такого могла сделать? С твоим-то характером, ты уверена, что на самом деле могла его ранить?

На этот раз Вэнь Ифань ничего не ответила и, опустив голову, продолжила есть лапшу.

— Может, это только ты так серьезно все воспринимаешь? Возможно, для него случившееся не более чем щекотка и он не держит большой обиды. – Чжун Сыцяо попыталась ее утешить, словно мудрая старшая сестра. – А если вдруг это действительно его задело, ты могла бы просто объясниться и извиниться. Тогда и ты, и он могли бы оставить это в прошлом.

Уголки губ Вэнь Ифань слегка приподнялись.

— Столько воды утекло с тех пор.

— Ну и что? Извиниться никогда не поздно, – возразила Чжун Сыцяо. – У тебя ведь есть рот, значит ты можешь сказать все, что захочешь. Это твое право. А вот принимать извинения или нет – это уже его выбор.

Вэнь Ифань лишь слегка улыбнулась, было непонятно, приняла ли она совет подруги.

На этом они решили закрыть тему. Закончив с обедом, девушки поднялись и вышли из лапшичной. Чжун Сыцяо закинула рюкзак на плечи и начала что-то рассказывать. Пройдя пару метров, она вдруг замерла.

— Эй! – воскликнула девушка, ущипнув Вэнь Ифань за руку. – Точка-точка, ты, кажется, поправилась?

Вэнь Ифань подняла взгляд на нее:

— Что?

— Ты раньше была такая худая, кожа да кости. Когда я к тебе прижималась, мне казалось, что я могу все твои косточки пересчитать, – серьезно сказала Чжун Сыцяо, всматриваясь в ее лицо. – А теперь я чувствую, что ты вроде как немного набрала.

Сама Вэнь Ифань, похоже, ничего такого не замечала.

— Правда?

Чжун Сыцяо с улыбкой пошутила:

— Это, случайно, не совместное проживание с Сан Янем так на тебе сказывается?

Услышав это, Вэнь Ифань внезапно поняла, что, с тех пор как Сан Янь переехал к ней, она действительно стала есть больше. Раньше она не ужинала, но Сан Янь часто готовил слишком много еды, и она начала помогать ему доедать остатки, превращаясь в своего рода «мусорное ведро».