Книга Любить Палача. Обратный отсчёт, страница 8 – Ian luv

Пробуждение было медленным и вязким, словно я всплывала со дна нефтяного озера.

Первое, что я осознала — это запах. Пахло не моим дешевым стиральным порошком и не пылью съемной квартиры в Медведково. Пахло озоном, дорогим парфюмом с нотками сандала и... холодом. Если у холода был запах, то он пах именно так — стерильностью и металлом.

Я открыла глаза.

Потолок был высоким, белым и идеально ровным. Я лежала на кровати размером с небольшую взлетно-посадочную полосу. Белье было шелковым, прохладным и темно-серым.

Я попыталась сесть, и голова закружилась. Тело казалось чужим, тяжелым, словно я носила свинцовый костюм. Я посмотрела на свои руки. Кожа казалась бледнее обычного, почти прозрачной, и сквозь нее отчетливо проступала голубая сетка вен.

— Кира... — прохрипела я, но ответом мне была тишина.

Память вернулась мгновенно, ударив под дых. Клуб. Демьян. Красные цифры. Машина.

Я резко села, игнорируя тошноту. Я была в той же одежде — в своем коктейльном платье, которое теперь казалось мятым и неуместным в этом храме минимализма. Туфли кто-то снял и аккуратно поставил у кровати.

Комната была спальней, но больше напоминала каюту космического корабля. Одна стена полностью отсутствовала — вместо нее было панорамное стекло.

Я сползла с кровати, ноги утонули в ворсе ковра. Шатаясь, подошла к окну.

Москва лежала внизу, укутанная утренним туманом. Солнце только вставало, окрашивая небо в бледно-розовый цвет, похожий на разбавленную кровь. Мы были так высоко, что облака проплывали мимо, цепляясь за углы соседних небоскребов. Люди внизу были невидимы. Их таймеры, их маленькие трагедии и радости — все это осталось там, на земле. Здесь, в поднебесье, царила абсолютная, звенящая тишина.

Я прижалась лбом к стеклу. Оно было толстым, многослойным.

— Бронированное, — раздался голос за спиной. — Класс защиты Бр5. Выдержит выстрел из снайперской винтовки калибра 12,7 миллиметра.

Я вздрогнула и обернулась.

Демьян стоял в дверном проеме. Он сменил костюм на темные брюки и простую серую футболку, которая обтягивала его широкий торс. Он выглядел... пугающе здоровым. Кожа приобрела оттенок загара, глаза блестели, движения были плавными и хищными.

Над его головой светилось: 00: 04: 12.

Четыре минуты. Он «наелся». Пока я спала, он, должно быть, сидел рядом, держа меня за руку, высасывая из меня часы, как вампир.

— Зачем? — спросила я, кивнув на окно. — Боитесь, что кто-то выстрелит с вертолета?

Он усмехнулся и прошел в комнату, неся в руках поднос. Запах свежесваренного кофе ударил в нос, вызвав спазм в желудке.

— Я боюсь не вертолетов, Арина. Я боюсь снайперов на крышах соседних башен. В этом городе слишком много людей, которые были бы рады увидеть, как мои мозги украшают эти дизайнерские обои.

Он поставил поднос на прикроватный столик. Там был кофе, круассаны, какие-то фрукты. Все выглядело идеально, как в рекламе, и от этого становилось еще страшнее.

— Ешь, — приказал он. — Тебе нужно восстанавливать силы. Глюкоза поможет.

— Я не хочу вашей еды, — я скрестила руки на груди, пытаясь скрыть дрожь. — Я хочу домой. Я хочу к подруге. Сегодня моя смена в... — я осеклась. Моя работа баристой теперь казалась чем-то из прошлой жизни.

Демьян сел в кресло, закинув ногу на ногу. Он наблюдал за мной с интересом коллекционера, разглядывающего редкую бабочку, приколотую булавкой.