Книга Цена невинности, страница 37 – Любовь Черникова

Несмотря на ледяную воду, я снова начал распалялся от таких мыслей.

Дрянь! Как там она сказала?

«Ты что, продал родную мать, чтобы получить право меня трахать?».

Надо было так и сделать. Трахнуть ее, и в астрал все принципы! Я не получил ее невинность тогда, нужно было сделать это сейчас. С неурожайного участка, хоть хакса росток. Хотя, о чем это я? Ее невинность наверняка уже почила в бозе. Тут и мечтать не стоит, я проиграл по всем фронтам.

Оставаться у себя было невыносимо, и я решил все-таки пойти в учебный блок, чтобы отвлечься работой. К моменту, когда оказался в своем кабинете за рабочим столом, снова обрел душевное равновесие и был готов к серьезному разговору. Если, конечно, Арелия Кастильеро все-таки соизволит явиться.

Но она ожидаемо проигнорировала меня снова.

Арелия Кастильеро

К наставнику Аделхарду я, естественно, идти не собираюсь. Перебьется! Видеть его не хочу! Вместо этого, воспользовалась эксклюзивным правом покидать академию, когда заблагорассудится.

К моему превеликому сожалению, «когда» вздумается совсем не означает, «куда» вздумается. Совсем нет.

Стоило выйти на парковку, как рядом пристроились гвардейцы отца – всегда в шлемах с глухими зеркально-черными забралами. Заключив меня в идеальный квадрат, они двигаются с той же скоростью, что и я. Выходит настолько синхронно, что кажется нереальным для живых существ. Но я давно уже не удивляюсь, привыкнув воспринимать их как не слишком любимый, но необходимый аксессуар или мебель.

Мы следуем к черному скайросу с пятью белыми звездами на борту.

— Сама поведу, – поднявшись на борт, небрежно бросаю пилоту вместо приветствия.

Тот робко пытается воспротивиться, ссылаясь на инструкции. Проблему решает нехорошая улыбка, расплывшаяся на моем лице. Бедняга бледнеет и поспешно освобождает мне место.

— Вот и славно, – поощряю я его начинание, занимая кресло пилота.

Бедолага не знает, что ему делать. То ли ретироваться, то ли остаться рядом. В итоге предпочитает остаться и поглядывает с демонстративным превосходством, и через миг я понимаю почему. Электроника блокирует мне доступ, и чтобы взлететь, мне придется обратиться за помощью.

Это он так считает.

— Новенький? – устало вздыхаю я.

И наивный, добавляю мысленно. Небольшое напряжение пси-способностей. Краткую боль, острой спицей прострелившую виски, я даже не принимаю в расчет. Что-то щелкает в панели управления, мигают и гаснут красные огоньки на приборах. Доносится легкий запах гари, но тут же подключился аварийный модуль. Вуаля!

— Введите команду, – требует аварийный искин с механической невозмутимостью.

— Красный. Один-К.

"Один-К" означает, что на борту член семьи Кастильеро, который должен быть спасен любой ценой, а значит требуется дать пилоту полный доступ к управлению, а он уже сам определит степень автоматизации полета. Аварийный искин на то и аварийный. Никаких идиотских паролей, идентификации и прочей чепухи. Приняв мою команду, система подключает ручное управление. Мои ладони ласково ложатся на рычаги управления, и по корпусу пробегает легкая вибрация, когда запускаю двигатели.

— ЮЮЮЮЮЮХУУУУУУУ! – совершенно неподобающе звездной леди ору в лицо сунувшегося было ко мне пилота.

Кажется, или он побледнел еще сильнее?